Банкир

Пока величины были сопоставимыми.

— Не горячись. Минут через десять после Рыбы двинешь.

Сергей Рыбаков тем временем выхватил из батареи витринных бутылок «Довгань», с треском открутил крышку и приложился к горлышку…

— И не поперхнется, паразит, — с чувством высказался один из бойцов.

— Рыба, ты полегче, а то забуянишь с недосыпу и перепиву… — поддержал второй.

— Экологически чистый продукт, — улыбнулся Серега, оторвав от губ полегчавшую бутылку. — И закусить, чем Бог послал. Для завершенности художественного образа.

С таким же треском он распечатал банку венгерских огурчиков, аппетитно хрупнул, подытожил:

— «Орел шестого легиона, орел шестого легиона все так же рвется к небесам…» Легион к бою готов! Разрешите идти, начальник? — Серега, чуть ерничая, приставил ладонь к шапочке.

— Валяй, — вздохнул Батя. — Смотри поаккуратнее… И не горячись. Короче — по обстоятельствам.

— Во-во, Рыба, прикинешь хрен к носу, а то в непонятке торчать — хуже нету.

— Бу сделано! — Парень лихачески развернулся, имитируя строевой шаг, двинулся из «железки», но как только дверь приоткрылась, воровато оглянулся, словно ростом меньше стал, сжался весь, посеменил к «фургону», открыл «ящик», выдернул сумку, вытащил одну из курток, что поздоровее, надел на себя, утер рукавом нос и упруго-пьяной походкой направился к сложенным из декоративного кирпича воротам, на макушке которых красовалась надпись: «Лазурный берег».

— Во артист, а? Прямо этот, ну как его…

— Кио, — откликнулся Батя.

— Не, я про этого… Про Смоктуновского.

 — Похоже, это была единственная фамилия, которую смог вспомнить двадцатитрехлетний парень. — Он здорово этих, барыг, играл. Скажи, Геннадьич? — обернулся он за поддержкой к Грешилову, как к признанному грамотею.

— Ага. «Все говорят — нет правды на земле. Но правды нет и выше. Для меня так это ясно, как простая гамма…» — процитировал тот на память.

— Точно, это из кино. Там еще про рыцаря, что жадный был, как сто банкиров, все золото копил втихаря…

— Это другая история… «Да! Если бы все слезы, кровь и пот, пролитые за все, что здесь хранится, из недр земных бы выступили вдруг, то был бы вновь потоп — я захлебнулся б в моих подвалах верных».

Да… — раздумчиво повторил Греши-лов. — Совсем другая история…

— А по мне — все они одним миром мазаны, — подытожил боец. — Кончать всех надо. Пока они нас не кончили.

Назар еще днем почуял муторную пустоту где-то под ложечкой. Вот леший их всех забодай! Ведь знал же — добром не кончится! А выходит — сам лихо назвал.