Зверолюди, приняв боевой облик, сразу метнулись к лестницам. Растерявшиеся от такой «подлянки» наемники не смогли оказать достойный отпор, и с треском ломающегося дерева лестницы полетели вниз вместе со взбиравшимися по ним солдатами. Всюду лилась кровь. Разозленные зверолюди действовали быстро и жестко. Понятно, что часть вражеских солдат отчаянно сопротивлялась и теперь уже то здесь, то там жители Мурмириса все-таки гибли, но это, скорее, были точечные потери. Повезло, среди штурмующих почти не было магов, да и не могли они развернуться в той свалке, в которую превратился бой.
У врага же потери были катастрофическими, особенно когда на стенах появились стрелки и в людей полетели зачарованные болты.
Когда наемники, наконец, пришли в себя и отступили, выстроившись в прикрывшийся щитами квадрат и ощетинившись мечами, Эрра увела свой отряд в город. Идущая от лагеря подмога попала под очередной обстрел катапультами (освободившиеся гномы и их помощники-зверолюды вновь вернулись к своим любимым осадным орудиям).
Олаф уже собирался опрокинуть фляжку в честь победы, как ему показалось, что внизу у стены промелькнула какая-то тень. Он некоторое время всматривался, но так ничего и не увидел. Наверное, просто показалось. И тут стена под ногами внезапно зашаталась и он чуть не упал, в отличие от многих сорвавшихся зверооюдов. Случайно посмотрев вниз, Олаф похолодел. На глазах гнома ворота буквально истаяли, и теперь враги с торжествующим ревом перешли на бег, устремившись ко желанному входу в Мурмирис.
Осадные орудия стали бесполезными, гномы и все зверолюды-ближники спустились со стен, наверху остались только арбалетчики.
Внизу перед воротами жители Мурмириса заранее соорудили баррикаду. Олаф решил, что тут собрался практически все жители города, причем оружие было абсолютно у каждого. Ворвавшегося в ворота врага первым делом встретили стрелы и болты. Это сразу затормозило наступательный порыв наемников, но сзади напирали, и вооруженная толпа просто врезалась в баррикаду, разметав ее.
Тем не менее они замедлились и жители Мурмириса, приняв боевую форму, набросились на врага. Те, кто этого не мог сделать или был слишком слаб, отошли назад, спрятавшись еще за несколькими баррикадами, которыми были перегорожены идущие в центр города улицы.
Олаф старался держаться вместе с сородичами, так они представляли собой практически единую, весьма эффективную боевую единицу.
