И неуязвимый хирд перед этой преградой спасовал.
«Ух ты, — раздался в голове голос Уны, — у них маги земли имеются! Редкая школа»
Я только негромко выругался, глядя, как перед воротами выросли еще несколько подобных стен. Гномы перевели огонь на них, но камни и бревна просто застревали в рыхлой земле, а проделанные взрывами дыры практически сразу затягивались.
— Пора нам подключаться, — сообщил я своим спутницами, двинувшись следом за отрядами зверолюдей, которые тем временем пытались обойти появившиеся на их пути стены.
И это учитывая, что все происходило под ответным огнем защитников. Пока что их спасали реакция, скорость и защитные амулеты, но совсем скоро начнутся потери, которых я очень не любил. Если бы не старания Иры с Ариэль и гномов-артиллеристов, вообще пришлось бы туго, а так плотность вражеского обстрела сильно уменьшилась.
Нельзя терять время, ускоряемся. В руках появилась сияющая Лира. «Небесная буря», «Атака души»… не уставая повторять заклинания, пока не проявится результат.
Наконец-то! «Буря столетий», и не одна! Эффект комбинированного заклинания превзошел все ожидания. Видимо, не зря я последнее время все очки навыков бросал в бардовские умения. Змеистые молнии осыпали земляные стены, а огонь сжигал все на своем пути. Даже на большом расстоянии я почувствовал запах паленого человеческого мяса. Вражеский огонь полностью сошел на нет. М-да, в кого ты превратился, Александр Неведов? Да ни в кого, резко выбросил из головы не к месту подступившие угрызения совести.
Я Александр Морозов! И я в своем праве!
Не уставая терзать Лиру, я шел вперед. Ко мне присоединился весь мой гарем. Маг-создатель земляных стен не мог уйти далеко, так что вычислил я его без особых проблем и направил заклинания в узкую бойницу одной из надвратных башен. Бумкнуло просто от души, жаль не было видно фейерверка. Мне показалось, что постройка немного просела, и преграды на пути к нашей цели, в буквальном смысле, рассыпались.
С торжествующим ревом стальная змея гномьего хирда вползла в город, а за ней вошли и отряды Мурмириса.
Мы не отставали. Я неустанно лечил своих воинов и накладывал усиления, надеясь, что основной гарнизон мы истребили на стенах. Увы, я ошибался. Собранное для защиты города ополчение вело себя совсем не так, как в прошлых деревнях. Никто не спешил сложить оружие, наоборот, бывшие крестьяне яростно сражались, словно от исхода зависели их жизни.
