— Я разве не приказал передать дозорным, что мы ожидаем гостей?
— Простите, господин, это моя вина. В СЭШ такие твари не водятся, так что я не знала, как они выглядят, — темная эльфийка встала на колени и опустила голову, открывая шею. — Я готова к любому наказанию.
Королева драмы, блин… И что мне с ними всеми делать? Чуть что, сразу головы рубить предлагают.
— Вообще за косяки подчиненных ответственен командир, но если так хочешь, вечером придешь и извинишься лично, — я подмигнул просиявшей девушке и обратился ко всем присутствующим.
— Прошу простить, нужно встретить наших союзников. Пока что передайте приказ армии никому не высовываться из-за стен.
И чуть позже, когда выходил к своим новым подданным, понял, что отдал правильное распоряжение. Пусть народ попривыкнет. Пожалуй, зрелище для обитателей этого мира было то еще — лякуши сгрудились недалеко от стены и о чем-то переговаривались, не обращая внимания на защитников. Чуть впереди стоял шаман вместе с накрытой покрывалом фигурой.
Мои воины реагировали по-разному.
Кошечки и прочие зверолюды были до крайности возбуждены и жаждали помериться силами с монстриками, особенно после рассказов Мурры о ее «развлечениях с большими лягушками». Люди из ополчения Каменки откровенно боялись и сейчас очень радовались наличию в поселении большой армии. Темные эльфийки смотрели на лякушей, как на диковинных зверушек без какого-либо отвращения. Гномы тоже отнеслись к появлению зеленых союзников равнодушно. По крайней мере, неприязни точно не испытывали.
И славно, ведь в моем новом княжестве нам точно придется продвигать ксенофилию, а не ксенофобию.
Стоило мне выехать из деревни верхом на лошади, как лякуши разразились приветственным ревом, молотя себя в грудь мощными кулаками. Шаман встал на одно колено, подражая людям, и дернул за цепь, вынуждая стоявшую рядом с ним закутанную в белое фигуру упасть следом.
— Большой Вождь! Большой Вождь! Большой Вождь! — скандировали они. Для усиления эффекта я не удержался и пальнул в воздух из пистолета, переводя звериный рев в настоящее ликование.
— Приветствую на своей земле, Яхациш, — кивнул я шаману. — И благодарю, что явился на зов.
— Мы пришли на славную охоту! — он высоко воздел посох и вызвал новую волну восторженных криков. Ох, непрост мой шаман, совсем непрост. Чую, если бы не он, на зов ответило бы лякушей десять максимум, а не больше полусотни. — Вождь, дозволь от нашего племени вручить тебе скромный дар. Человеческую самку.
