Барьер Ориона

Игнат издает неопределенный горловой звук, не обещающий окружающим ничего хорошего, и резко поворачивается ко мне.

— Оружие к осмотру, боец! — неожиданно приказывает он, нависая надо мной. Ну, пытаясь нависать. Мы примерно одного роста, а сжиматься и усыхать под взглядом начальства я привычки не имею.

Вообще-то эта команда в данной ситуации звучит довольно странно, но старые уставы давно не действуют, а чего хочет Игнат, и так вполне понятно.

Снимаю рюкзак и делаю шаг к подводе. Ну, не на земле же мне оружие раскладывать.

Первым извлекаю из чехла арбалет и кладу его поверх укрывающего товар брезента. Рядом с арбалетом ложатся колчан с болтами, охотничий нож, праща, четыре деревянных и шесть стальных шариков. Завершают коллекцию ножны с тремя метательными ножами. По мере появления на брезенте новых предметов взгляд Игната из свирепого становится всё более задумчивым.

— Оружие личное, или из арсенала шерифа? — взгляд старшего караванщика цепляется за мой арбалет.

— А ты, охотник, я смотрю, не так прост, — Игнат явно заинтересован увиденным.

— Набор оружия весьма экзотический, и арбалет явно недешевый. Шарики — снаряды для пращи? Деревянные зачем?

— Пращу я только осваиваю, это трофей, — я не пытаюсь скрывать, что этим оружием владею не лучшим образом. — А шарики предназначены для метания рукой. Деревянные — сигнальное средство и нелетальное оружие. Стальные — боевое.

— Имя, боец, — требует старший караванщик.

— В город раньше ходил?

— Плохо, — Игнат явно над чем-то размышляет, и мой ответ его совершенно не радует.

— Ты охотник, это понятно, а специализация какая? Зверьё или артефакты?

— У нас такое разделение не практикуется, но артефакты, пожалуй, основное.

Игнат видит, что данная мне Аюром характеристика — полный бред, и ему наверняка хочется спросить, почему же на самом деле мне всё это время не доверяли огнестрельное оружие из арсенала шерифа. Вот только я не из его деревни и являюсь подчиненным Федора. Лезть в наши внутренние дела, расспрашивая о них рядового бойца — не лучшая идея, и старший караванщик это прекрасно понимает.

— Артефакты, значит… — Игнат всё еще о чем-то напряженно думает. — По окраинам пустошей ходишь, или в по-настоящему серьезных местах тоже бываешь?

Это очень опасный вопрос. Вон как Федор уши навострил. Ждет с большим интересом, что я старшему караванщику отвечу. Игнат тоже замечает его реакцию и, похоже, понимает, что поставил меня в не самое удобное положение.

— Всякое бывает, — отвечаю максимально обтекаемо.