Он прекратил жевать, его рука замерла над банкой. Внезапно он снова, как ни в чем не бывало, возобновил еду.
— Расскажи мне все, — спокойно произнес он.
— Джон Бассетт сообщил мне, что Демари захватил тебя и мою мать. Джон не видел другого способа вызволить тебя, кроме осады. — Она замолчала, как бы давая понять, что закончила свой рассказ.
— И ты приехала сюда и решила спасти меня? — Он смотрел на нее запавшими глазами, в которых теперь бушевало пламя.
— Гевин, я…
— Скажи мне Христа ради, на что ты надеялась? Что собиралась сделать? Вытащить меч, обратить их в бегство и приказать освободить меня? — Джудит молчала, сжав губы — За это Джон поплатится головой.
— Он так и сказал, — пробормотала она.
— Что?
— Джон знал, что ты рассердишься.
— Рассержусь? — переспросил Гевин. — Мои владения остались без охраны, мои люди — без командира, жена находится в плену у сумасшедшего — и ты говоришь, что я сержусь? Нет, жена, я чувствую нечто более сильное, чем простой гнев.
Джудит выпрямилась.
— Не было иного выхода, — процедила она.
— Осада убила бы тебя.
— Осада — да, — с яростью согласился он, — но есть другие способы взять этот замок.
— Но Джон сказал…"
"— Джон! Он рыцарь, а не полководец. Его отец всегда следовал за моим, как сейчас он следует за мной. Он должен был бы съездить за Майлсом или даже Рейном, у которого сломана нога. Когда я увижу Джона, то убью его!
— Нет, Гевин. Он не виноват. Я заявила ему, что пойду одна, если он откажется сопровождать меня.
В ее глазах отражался бледный свет свечи.
Грубый капюшон упал с головы.
— Я забыл, как ты красива, — тихо проговорил Гевин. — Давай больше не будем ссориться. Мы не можем изменить то, что уже сделано. Расскажи, что происходит наверху.
Она рассказала, как ей удалось добиться более удобной комнаты для матери и в то же время стать косвенной виновницей того, что Джона посадили под замок.
— Но это к лучшему, — добавила она. — Он не разрешил бы мне спуститься к тебе.
— Жаль, что этого не произошло. Джудит, ты не должна была даже близко подходить к этому месту.
— Но я принесла тебе еды, — запротестовала она.
Он несколько мгновений смотрел на нее, потом вздохнул и улыбнулся.
— Я сочувствую Джону в том, что ему пришлось иметь дело с тобой.
Джудит изумленно взглянула на него.
— Он сказал то же самое о тебе. Неужели я все сделала не правильно?
— Да, — честно признался Гевин. — Ты подвергла опасности очень многих, и теперь будет крайне сложно освободить нас. — Она опустила голову.
