Роберт Риведун перевел взгляд с дочери на зятя. Он прекрасно все понял, медленно поднялся и пошел прочь.
Джудит потянула мужа за рукав.
— Не дай ему испортить праздник. Он знает только силу своих кулаков.
В ее голове царила, полная неразбериха. Те мужчины, которых она знала, считали, что отец имеет право бить дочь. Может, Гевин просто рассматривает ее как свою собственность? Но то, как он говорил с отцом, заставило Джудит почувствовать себя защищенной, почти любимой.
— Дай мне взглянуть на тебя, — сказал Гевин. Голос выдавал охватившее его волнение.
"
"Он провел пальцем по ее губам, ощупал щеки. Она изучала его лицо, ровно подстриженные усы, чисто выбритую кожу. От его прикосновений у нее задрожали колени. Она подняла руку и наконец дотронулась до ямочки у него на подбородке.
Он заглянул ей в глаза. Долгую минуту они не отрываясь смотрели друг на друга.
— Мы должны возвращаться, — с тоской произнес Гевин и, взяв Джудит под локоть, повел ее к замку.
Оказалось, что они отсутствовали гораздо дольше, чем предполагали.
Столы уже расставили вдоль стен. Музыканты настраивали инструменты, готовясь играть для танцев.
— Гевин, — раздался чей-то возглас, — она будет принадлежать тебе всю жизнь. Так что не прячь ее от нас сейчас.
Джудит крепко сжала руку мужа, но развеселившиеся гости утащили ее в круг. Она закружилась в бешеном ритме танца, стараясь при этом не выпускать Гевина из поля зрения. Она не хотела потерять его из виду.
Мужской смех заставил ее поднять глаза.
— Сестричка, — проговорил Рейн, — тебе следовало бы и на нас обращать взгляд своих прекрасных глаз.
Джудит улыбнулась ему, но тут партнер, приподняв ее над полом, увлек ее в другой конец зала. Вновь оказавшись рядом с Рейном, она ответила:
— Как же я могу не обращать внимания на таких красавцев, как мои девери?
— Сказано-то хорошо, но твои глаза никого не обманут: мой брат единственный, кто заставляет их светиться золотым огнем.
И опять Джудит была увлечена вихрем танца. Внезапно она увидела, что Гевин улыбается очаровательной невысокой женщине в платье из пурпурной и зеленой тафты.
Женщина положила руку на отворот его кафтана.
— Где твоя улыбка? — спросил Рейн, вновь поравнявшись с ней. Он повернул голову и посмотрел на брата.
— Ты находишь ее красивой? — поинтересовалась Джудит.
Рейн едва удержался от того, чтобы не расхохотаться.
— Она уродлива! Это жалкое подобие женщины, и Гевину она не нужна. — «Потому что уже успела побывать во многих постелях», — добавил он про себя.
