В груди взрывается весь запас тротила, и искры из глаз, фейерверком, который разрывает реальность до состояния лохмотьев вокруг дыры, за которой – совсем ничего, только пустота.
Даниэла не могла идти.
Она… Она…
Я захожу в гостиную – и Принцесса лежит на полу. Такая маленькая, худая и бледная, что я точно знаю – кем бы ни было то чудовище, которое причинило ей вред, я просто разорву его на куски. На крохотные кусочки, размером с ноготь. Вырву сердце из груди и заставляю им подавиться.
На лице Даниэлы кровоподтек, и под носом запеклась кровь.
Но она дышит – прядь волос, которая лежит на ноздрях, медленно поднимается и опускается.
— Ты доктор? – слышу голос у себя за спиной и поворачиваюсь, инстинктивно сжимаясь для удара.
Голос женский, но я все равно готовлюсь."
"Пол поворота – и я вижу ее. Словно блядский призрак, которого слепили из Никольского и почему-то забыли прицепить член, а заодно омолодили лет на двадцать. Я даже моргаю, потому что из-за злости вполне могу потерять связь с реальностью, но девушка все там же, но теперь я замечаю нож в ее руках: узкое керамическое лезвие, которое она держит двумя руками.
Держит слишком высоко, потому что уже порезала одну ладонь, но вряд ли обращает на это внимание.
Я медленно, чтобы не испугать этого Франкенштейна, поднимаю руки ладонями вверх, и говорю:
— Да, я доктор, я приехал осмотреть эту женщину.
Девушка шмыгает носом, но стоит мне попытаться подойти к Даниэле, истошно вопит:
— Нет! – Хаотично машет ножом перед собой, но при этом делает резкие замахи.
Может быть, не знает, куда бить, но если не промажет, то всадит лезвие по самую рукоять.
Я уже видел такой блеск в глазах. Когда был наемником и в нашу первую вылазку кроме меня с группой пошел еще один новичок. Когда началась перестрелка и пули засвистели прямо над головой, он словно потерялся в собственной голове, начал размахивать винтовкой перед своими и орал, что пристрелит первого, кто к нему подойдет. Он тогда не различал, где свои, а где – чужие.
Вот и у этой взгляд точно такой же: она знает, что просто должна защищаться от чего-то или кого-то, но вряд ли понимает, друг перед ней или враг. И если я только попытаюсь подойти к своей Принцессе, эта полоумная наверняка всадит нож мне в спину. Но мне плевать, что будет со мной. Даниэле нужно помочь, а дохлым я это вряд ли смогу сделать.
— Хорошо, видишь, я стою. – Взглядом пытаюсь «сцапать» ее взгляд, одновременно придумывая, как ее лучше обезвредить.
