У тебя красивые колени, Принцесса.
Он поднимается, вопросительно смотрит на бумажный пакет, и я достаю футболку, мысленно благодаря высшие силы за эту паузу. Если брак – это железная решетка, то между нами их две, и они перекрестные.
— Кажется, твой размер.
— Спасибо, - говорит он и забрасывает ее на плечо.
— Не хочешь примерить? – Я молюсь на его «да», потому что, невзирая на видимые последствия вчерашней драки, видеть его почти… голым – это слишком.
— Хочешь меня одеть, Принцесса? – Кай без труда разгадывает мой план.
— Да, - соглашаюсь я. У нашего диалога вкус странной обнаженной правды. Мы говорим, как люди, которые знают друг друга тысячу лет, и в какой-то прошлой жизни вместе собирали звезды с Млечного пути, но по какой-то причине делали это молча, а теперь наверстываем упущенное.
— Что-то в наших плоскостях не сходится: ты хочешь меня одеть, я хочу тебя раздеть. Жизненно необходим общий знаменатель.
Он упирается ладонью в дверь у меня за головой, нанизывает на свой тлеющий взгляд и без всяких колебаний расстегивает одну за другой пуговицы на джинсах.
Скользит пальцами вверх, и я судорожно втягиваю живот, когда Кай обводит впадинку пупка.
— Сними их, - еще один приказ.
— Ты не в себе, если думаешь…
— Просто, блядь, сними свои чертовы джинсы, Принцесса.
И я подчиняюсь. Стягиваю сначала до бедер, а потом ниже, чтобы ткань свободно стекла по ногам. Переступаю через эту джинсовую лужу, до сих пор не соображая, что происходит и почему я до сих пор здесь.
Кай опускает взгляд, разглядывает мои бежевые «танга» - и его ресницы на миг трепещут.
— Так значительно лучше. Пойдем, удивишь меня своими кулинарными талантами.
За руку, как ребенка, ведет на кухню, и за каких-то несчастных десять шагов я успеваю перебрать сотни причин, почему он так запросто остановился. Не понравилось то, что увидел? У меня хорошее тело, я занимаюсь спортом и бегаю каждое утро, и мне совершенно нечего стыдится, но может быть…"
"Когда мы заходим на его кухню, поток моих мыслей словно перекрывает железобетонная дамба.
Желтые обои в ярких оранжевых подсолнухах, красивая плитка в тон, встроенная мебель и кухонная техника. Стальной двухдверный холодильник. И даже на подоконнике кованная подставка с цветами.
— Я не свинья, - словно читает мои мысли Кай. – И не нищенка-побирушка.
Последние слова звучат так, будто он адресует их не мне, а всему миру. И я понятия не имею, что ответить, чтобы не задеть его неосторожным словом.
