Барышня и хулиган

Я не курила и лишь покачала головой, а он поинтересовался:

— Как жизнь? Давно тебя не видел.

— Нормально, — кашлянув, ответила я, стараясь подражать Катькиной интонации, но хорошо ли выходит, оценить не могла по причине сильного волнения.

— Выглядишь клево, — хмыкнул он. — Как там Мишка? — помолчав немного, вновь спросил парень, а я разозлилась, потому что ни о каком Мишке знать не знала, и рявкнула:

— Да ладно, — пожал он плечами. — Я ведь так спрашиваю… Я в чужие дела не лезу, хотя на Мишкином месте горячку пороть бы не стал.

— Заткнулся бы ты, честное слово, — не выдержала я, а он вдруг начал тормозить, только я решила, что бородатый разозлился и вознамерился выкинуть меня из своей машины, как с правой стороны увидела неоновую надпись «Ночной клуб-»Лейла". Как раз в этом заведении пела моя сестрица, и я, буркнув «спасибо», поспешно вышла.

Хоть Катька и называла заведение кабаком, а вслед за ней и ее приятель, чье имя осталось для меня неизвестным, но, по крайней мере, снаружи клуб выглядел респектабельно.

Старинное двухэтажное здание в центре города, крыльцо с большим козырьком доходило прямо до проезжей части, так что, выйдя из машины, сразу оказываешься под крышей. Чуть дальше охраняемая стоянка, фонари, имитировавшие газовые, весь фасад в огнях, дубовая, наполовину застекленная дверь, а рядом с ней швейцар в ливрее.

— Ничего себе, — пробормотала я с легким намеком на панику, вздохнула и направилась к двери, решив держать себя в руках.

Швейцар при моем приближении взял под козырек и распахнул дверь, на вид ему было лет шестьдесят.

— Добрый вечерочек, Катрин, — сказал он.

— Добрый… — начала я и взвизгнула от неожиданности: старый хрыч больно ущипнул меня. Только я собралась заехать ему сумкой по носу, как прямо перед собой увидела Юрия Павловича, высокого, лысого, с невероятно оттопыренными ушами, хозяина данного заведения.

— О, Катерина, — сказал он, увлекая меня в холл. — Очень кстати. Зинка на работу не вышла, придется тебе.

— Я не могу, — прохрипела я, ткнув указательным пальцем в свое горло.

 — Охрипла.

— Вот черт… Что ж вы меня без ножа режете?

— Между прочим, я в отпуске, — напомнила я.

— Какой к черту отпуск? — рявкнул он. — Говорю, Зинка не вышла, вы что хотите… — Тут дверь за моей спиной хлопнула, и в холл, точно ураган, влетела девица с огненно-рыжими волосами, в каком-то совершенно невероятном платье салатового цвета. — Где тебя черти носят? — напустился Юрий Павлович на вновь прибывшую.