Барышня и хулиган

— Кто стрелял? — спросил он тревожно.

— Черт их знает. Видел кого-нибудь?

— Из котельной никто не выходил, могу поклясться. Ни единой живой души, даже тень не мелькнула.

— А денежки исчезли, — с досадой сказал Мишка и пнул ближайший ящик, он отлетел в сторону, и Шальнов грязно выругался. — Поздравляю, ребята, нас провели как младенцев. — Он зло хихикнул, а мы увидели люк канализационного колодца. — Вот почему они выбрали это место, колодец, брезент, на кой черт им шастать по фабрике, когда… ну надо же… ну, артисты…

В этот момент прибежала запыхавшаяся Эмма.

— Вы нашли Илью? — спросила она резко.

— Вряд ли он здесь, — вздохнул Мишка.

— Но ведь они получили деньги. Какой им смысл его удерживать? ,

Мы дружно отвели глаза в сторону, о смысле, конечно, все догадывались, и в первую очередь сама Эмма. Она бессильно опустилась на ящик, раскачиваясь из стороны в сторону и заунывно повторяя:

Тут послышались милицейские сирены, а я здорово испугалась, потому что все опять страшно запуталось. Как объяснить милиционерам создавшуюся ситуацию, я понятия не имела.

— Миша, как хочешь, я больше врать не буду, — прошептала я Мишке на ухо.

— Что ты имеешь в виду? — насторожился он.

— Все. Я расскажу правду, даже если меня тут же посадят. Я Ольга Иванова, моя сумасшедшая сестра…

— Стоп. Про Палыча ни слова. Я не хочу в тюрьму. Говори любую правду, а про труп забудь. Не видели мы его и знать ничего не знаем.

— Миша, я не могу врать выборочно. Я запутаюсь.

— Старайся. И помни: от твоего мастерства зависит наше будущее.

— А как мы объясним, почему Эмма обратилась к нам?

— Это она пусть сама объясняет. И вообще, ты ранена, тебе в больницу надо. Ты вполне можешь находиться без сознания, а говорить буду я.

Рядом с воротами замерли милицейские машины, стражи порядка уже проникли на территорию, а я решила: самое время мне лишиться чувств. Анатолий кратко обрисовал ситуацию вновь прибывшим, и те прочесали обувную фабрику. К ним присоединилась охрана складов по соседству, но толку от всего этого было мало: Илью не нашли.

Прихватив фонари, несколько человек спустились в канализационный колодец и смогли выйти в соседнем переулке. Дел у милиционеров хватало, и, воспользовавшись этим, Мишка отвез меня в больницу.

Рана оказалась пустяковой, даже швы накладывать не стали, сделали перевязку и отпустили. Мы отправились домой, и я уснула еще по дороге, так что сам момент возвращения помню с трудом.