Я принялась хлестать без разбору по ним всем, но мощности не хватало. А где остальные? Или их так же придавили? И в самом деле, почему же мне никто приличный-то не привиделся, а только эта самая Антония?
— Прямо стой, — раздался голос бабушки за правым плечом. — Руки стряхни, замёрзли уже, того и гляди, пальцы отвалятся! Стряхни, кому говорю! Вдох, ещё раз, и руки ещё раз, вот так.
Меня как будто бы окружило дополнительным защитным барьером, серые тени тыкались в него и с тоненьким писком отскакивали. Правда, снова тыкались.
А потом снова отскакивали. А я переводила дух. Вытащила из сумки фляжку, глотнула воды. Завинтила крышечку, сунула обратно. Вдохнула полной грудью.
— Вот, а теперь вперёд, и ничего не бойся, поняла? Ты сильнее их! Помни, ты сильнее!
Барьер исчез, и голос бабушки отдалялся, а у меня словно открылось второе дыхание. Щупальца стали крепче и толще, и мне было легче ими манипулировать. Уже не два и не три, а несколько, и — каждое подчинялось моей воле. Удар, ещё удар, добить, повернуться, подсечь, скрутить, добить.
Неужели… всё?
Но никто больше на меня не пёр, я стряхнула пальцы — они снова заледенели, подышала на них. Огляделась.
Оказалось, что я не просто сошла с пригорка, а отошла на добрых десять шагов и стою посреди какой-то лужи! Остальные машут руками, кричат мне, чтобы возвращалась.
Я дошла до них, еле переставляя ноги, и держалась только потому, что не хотела падать в лужу.
— Ну ты даёшь, — восхитился Ваня Шилов. — Ничего себе ты их хлестала! А сначала будто с кем-то заговорила и пошла, кто тебе явился?
Что, это Антония увела меня от своих? Чтобы добить? Ну, она просчиталась.
— Да так, из прошлой жизни кое-кто.
И в самом деле потом приходила бабушка? И она приглядывает за мной откуда-то там? Хорошо бы, если так. Мне было бы приятно.
Оказалось, что остальные трое отбивались с другой стороны пригорка, и ко мне уже было собирались идти на помощь, но я справилась сама.
Я не стала рассказывать, что помощь-таки была. Это моё, личное.
Спасибо, бабушка Рогнеда.
32. О соре из избы и темных тварях
32. О соре из избы и тёмных тварях
Разбор полётов традиционно проходил сразу же в нашей практической аудитории. Сегодня я даже умудрилась не выложиться всухую, как в тот раз, когда потом Авенир Афанасьевич доставлял меня домой. Наверное, потому, что бабушка помогла. Просто ноги тряслись и шатало. Села на лавку, прикрыла глаза.
— Эй, Ольга, ты чего? Не покидай нас! — шустрый Ваня Шилов плюхнулся рядом и сунул мне под нос фляжку.
