— Угрожали, отец не поддался, и тогда похитили сына? — догадалась я.
— Именно. И этого сына — Юрия Серышева двенадцати лет — больше никто не видел.
— Террористы не освобождают заложников. Потому что те смогут много рассказать о самих террористах.
— Откуда вы знаете? — Авенир Афанасьевич взглянул на меня пристально.
— А что, это не все знают? Ну, пусть. Правда ведь?
— Чаще всего так и есть.
— И если мы расспросим этого Юру, он расскажет нам, кто его похитил и вообще что случилось?
— Скорее всего.
— А такое свидетельство будут принимать во внимание?
— Если мы всё сделаем правильно.
— То есть — придём к той вдове, как её…
— Капитоновой?
— Именно.
— И она допустит нас в тот флигель, и мы там дождёмся его?
— Да, но нужен ещё один некромант — служащий министерства внутренних дел. Он засвидетельствует допрос.
— Когда пойдём?
Он рассмеялся.
— А вы, Ольга Дмитриевна, уже сейчас готовы? А поспать?
— Ну, — я смутилась, — это интересная задача. Её бы решить.
— А вы любите интересные задачи?
— Конечно. Намного больше, чем как сегодня.
— А что сегодня? — он смотрел участливо. — Трудно было?
И взял меня за руку, паршивец такой."
"— Как вам сказать, — вообще-то что-то можно и сказать, он и сам некромант, поймёт, наверное. — Мне явилась одна особа, мы в Сибирске с ней в одном доме служили. И она плохо кончила. Была замешана в убийстве, в нескольких. И угрожала, гадости говорила.
— Но вы оказались сильнее? — он смотрел… с уверенностью.
Как будто ни на мгновение не сомневался, что я отвечу — да, я оказалась сильнее.
— Я смогла одолеть её, — сказала только, потому что не была готова рассказать ему о бабушке.
И вообще, как она смогла прийти на зов и помочь мне? Что-то тут не то. Она пропала у нас, и тоже делась куда-то сюда? И есть где-то здесь? Но почему-то я не хотела рассказывать о своих запутанных обстоятельствах Авениру Афанасьевичу.
— А ещё? Не только эта особа?
Откуда он взялся, такой проницательный? Я рассказала Ванину историю о Дашке, отомстившей гаду-мужу и всей его семейке.
И о том, что я в этой истории полностью на Дашкиной стороне. И что если мне придётся встать против такой Дашки — я её пожалею и не смогу развоплотить, будь она хоть сто раз тёмная тварь.
— Сможете, — непререкаемо сказал он. — Помните, в такой момент вы не жалостливая женщина, а некромант. Маг, который стоит между этим существом — и всеми живыми.
