Пристроили Юру
40. Пристроили Юру
— Оль, слышь, что творится-то, — Митя Ряхин бесцеремонно взял меня за рукав и отвёл к окну в коридоре.
Мы вышли с лекции профессора Конева — я посещала лекции по специальности у всех трёх курсов, если они не совпадали, а они чаше всего не совпадали. Я втянулась в плотное расписание, практика у меня снова чередовалась — второй курс, третий, четвёртый. А теорию хватала всю, на какую успевала.
Но, скажем, анатомию у профессора Валентинова, тоже некроманта, нужно было не просто хватать, а вот прямо чтоб от зубов отскакивало.
Он очень чётко и точно рассказывал и показывал нам организм человека, плюс — как этот организм реагирует на разные магические и физические воздействия, чтобы потом на практике в больнице мы сами говорили — что такое да откуда взялось. И кроме установления причины смерти путём осмотра мы учились проводить посмертный допрос. В идеале все эти действия следовало производить в комплексе, плюс ещё осмотр медика, но и Валентинов, и Аркадий Петрович утверждали, что в жизни идеал недостижим.
Потому что мало специалистов, и нужно делать всё для того, чтобы стало больше.
Пока же… мой первый посмертный допрос был в присутствии рыдающей супруги умершего. Точнее, покончившего с собой — предположительно от того, что разорён.
— Пускай скажет, где ключ от шкатулки! Она заколдована, её ни топором не разрубить, ни каким другим инструментом не открыть! А то молодец такой — раз, и на тот свет, а на что я детей поднимать буду? На что учить? Из чего приданое давать?"
"Правда, поднятый покаялся, что деньги почти все вложил в убыточное предприятие, а ключ от шкатулки лежит в секретере, но там почти ничего нет, и о том, что есть, нельзя говорить никому, потому что кредиторы отберут, и тогда совсем всё.
Радостная вдовица убежала искать ключ в секретере, а я отправила её супруга обратно и перевела дух.
— Молодец, Ольга, справилась, — кивал Аркадий Петрович.
Вообще меня нередко похваливали, это было приятно. Я очевидно втянулась, и даже научилась находить некий интерес и удовольствие в том, что делаю такое, на что у большинства людей не хватит магической силы и бесстрашия.
А я говорила себе, что раз у меня здесь такая судьба, то нужно хватать и держать, и стараться.
Конечно, учись я, как все, у меня было бы больше времени и сил для того, чтобы гулять, читать, ходить куда-нибудь. Но — и так тоже неплохо. Если у меня потом будут выходные, то буду навещать здешних знакомцев, вот.
А пока — Митя.
