— Что с ним не так, почему господин Соколовский обозвал его каким-то там некромантским амулетом? С чего это вдруг?"
"— Тут он видит больше моего, и значит — у вашего крестика есть такая особенность.
— Какая особенность? И почему он не защитил меня?
— Вы знаете, как работает амулет некроманта?
— Откуда бы? Я до господина Соколовского не встречала ни одного.
— Он препятствует распространению силы некроманта изнутри, а не защищает от той, что пришла снаружи. Защищаться нужно совершенно иначе.
— Можно, я стукну вашего некроманта по голове? — спросила я.
— Чтобы не проводил таких экспериментов с живыми людьми.
Я не слишком-то поняла про амулет и защиту. Ну да разберусь, непременно разберусь.
— Я провёл беседу, — Зимин вздохнул. — Он обещал поискать ваши украденные документы. И ещё кого-то из полицейских магов привлечь к этому делу.
Я подумала, что не знаю, как лучше — чтоб нашёл или чтоб нет. Но… где-то же эти документы есть? Вряд ли бросили в печку? Ладно, если вдруг найдут — там и подумаем.
Зимин посчитал мой пульс, посмотрел ещё что-то, видимое только ему одному, и разрешил вставать, умываться и есть. По времени это уже был обед, мне его принесли Анна со Стешей. Неплохая уха, свежий хлеб, чай с какими-то травками — отличный просто обед.
И ещё они рассказали, что вечером было шумно — доктор прямо орал на Соколовского, чего себе обычно не позволяет. И орал, что так нельзя с живыми людьми вообще, а с восстанавливающимися после нападения — так и вовсе. Соколовский выслушал это всё, повинился и был таков.
А после обеда я снова завернулась в одеяло и пошла к доктору в кабинет.
Пришлось подождать — он, сказала Акулина, в операционной, там кто-то топор на ногу уронил. Что ж, дело житейское, бывает и так. Но я подремала немного и дождалась.
— Ольга Дмитриевна, что случилось? — я даже не заметила, как он подошёл.
— Мне нужно поговорить с вами.
— Извольте, — он распахнул дверь в кабинет и пригласил меня войти.
— Благодарю вас, — кивнула я. — Скажите, Василий Васильевич, можно ли мне работать здесь, в больнице? Я умею выполнять все нужные работы по кухне, умею убираться, умею делать перевязки, компрессы и что там ещё бывает, — ещё умею уколы ставить, но ставят ли они тут уколы? — Ещё умею читать, писать, заниматься с детьми, но у вас тут нет детей, только взрослые.
Умею шить и вязать. Если бы было, из чего, сшила бы занавески на окно в палату, а то неудобно, когда вечером у нас там свет горит, и люди в окна заглядывают.
