— Ольга Дмитриевна, наконец-то! Что с вами случилось?
Смотрит-то как встревоженно!
— Да уже на поправку иду, — отмахнулась я. — Как там ваши поиски? Вы знаете, что мы тут встретили?
— Да, — сказал он твёрдо, — я знаю, с чем вы встретились, и непременно расскажу. Я вернусь сегодня, часа через три-четыре, Болотников поможет с порталом. Увидимся.
— Неужто откликнулась? — услышала я с той стороны ещё один знакомый голос.
— Скажите Афанасию Александровичу, что всё в порядке. Большой ему привет!
— Слышу, Оленька, очень рад, что всё в порядке.
Держись там, а демона вашего изловим как-нибудь всем миром! И не забывай, что хотела приехать и экзамены сдавать!
Это было неожиданно и приятно — помнят и ждут.
— Обязательно приеду!
Вот и хорошо, можно выдохнуть, умыться, одеться не как на службу, но прилично, и выбраться на кухню.
На кухне поджидало местное сообщество — Лукерья, Федот, Алёшка, Варфоломей, и ожидался Зимин. Меня тут же усадили за стол, выдали тарелку похлёбки и велели есть — мол, доктор так распорядился, чтобы ела.
Значит, будем есть.
— Он же, доктор наш, по таким вопросам наилучший на обоих берегах, — говорил Варфоломей, он пил чай со сладкими пирожками. — Потому тогда господин Болотников и распорядился его позвать, как вас после сражения принесли.
Оказалось, что началось всё вообще с Федота, который пошёл к соседям за солью — спохватились в сумерках уже, что днём забыли в лавку сбегать. И пропал. А он собрался уже с солью обратно, когда услышал крики на улице, и не отважился выйти за калитку.
Кого караулила на улице под снегом наша тварь — осталось загадкой. Возможно, кого-нибудь — запоздалого путника, или человека, возвращающегося со службы, вроде вот меня."
"— Постойте, там же пироги были, в сумке-то моей, я ж почему ногами по улице и пошла — потому что за теми пирогами заходила!
— Протухли пироги, — вздохнула Надежда. — Так пахло от вашего ридикюля-то, что ой, пришлось заглянуть и проверить.
Всё выбросили, даже собаки есть не стали!
— Ну так я ж в тенях с сумкой прогулялась, — вздохнула я. — Если б заколдовала заранее, то ничего бы им не сделалось, но вот увы.
— Ничего, будут вам ещё пироги, — отмахнулся Варфоломей. — Все живы, и славно. Потому что тварь, с которой вы там бились, не похожа ни на что. Страх и ужас.
— Соколовский сказал, что разузнал — что это такое. Вернётся и расскажет.
— Вот и славно.
