Первые цифры были 151, следовательно, живет он где-то около Ленинградского проспекта. Хороший район, сплошь застроенный кирпичными кооперативными домами.
Трубку сняла молодая женщина и на мою просьбу позвать Виталия вежливо ответила:
– Мужа нет дома, вернется очень поздно.
Не туда попала. Виталий – довольно распространенное имя… Пальцы вновь забегали по кнопочкам. На этот раз я действовала крайне внимательно. И снова ответил тот же голос.
– Можно Виталия?
– Муж вернется к полуночи.
– Простите, это квартира Виталия Орлова, фотокорреспондента журнала «Мир женщин»?
– Да, – подтвердила все так же безукоризненно вежливо собеседница.
От негодования у меня пересохло во рту. Виталий женат! Вот негодяй! А я-то… Провели стреляного воробья на мякине. Развесила уши и хлопаю ими. Ну погоди! Сегодня в своем изумительном ресторанчике ты, дружочек, напрочь лишишься аппетита. Потому что я обязательно приду на встречу при полном параде, так как хочу выяснить у мерзкого ловеласа, почему он сказал Александру Михайловичу неправду.
Мы сидели в «Макдоналдсе» не в семь часов, а в восемь… И это мое единственное алиби!
Почти не помня себя от возмущения, я выскочила в коридор, и тут раздался жуткий грохот, звон и громовой вопль Семена Андреевича:
– Ах, етит твою ежу налево!
Не очень хорошо понимая, что он имел в виду, я подлетела к двери гостиной и распахнула ее. Взору предстали руины того, что еще сегодня утром было камином.
"
"Когда мы строили дом в Ложкине, то решили воплотить в жизнь все свои мечты. Наверное, поэтому здание выглядело, мягко говоря, нелепо. Сначала домашние активно переругивались, каждый осуждал желания других членов семьи и смело выдвигал свои. Но к консенсусу прийти оказалось невозможно. Маруся хотела, чтобы комнаты второго этажа все как одна имели выход на гигантский балкон. Зайка освистала эту идею и предложила встречный план – все помещения первого этажа должны быть окружены террасой со множеством соломенных столов и стульев.
Услышав это, Аркадий захихикал:
– Будет домик поросенка Наф-Нафа. Лучше оборудовать наверху зимний сад.
– Фу, – поморщилась Маня, – нужно, чтобы было два входа – с улицы и из сада, только не зимнего, а обычного, с розами.
Препирались мы недели две, страсти накалялись, и начались военные действия. Кешка и Маруся подрались, а Зайка, надувшись, перестала спускаться к ужину.
