Стараясь не шуметь, я спустилась в кухню и обнаружила там мирно пьющих чай Жору и Катю.
– Не спится, – покраснела кухарка.
– Мне тоже, – призналась я и спросила: – У нас есть инструменты? Ну там стамески, долото, молоток…
– А как же, – успокоил Жора, – целый арсенал, только зачем вам?
– Закрыла портфель с документами и забыла, какой код поставила, хочу сломать замок…
– Давайте погляжу, – предложил парень.
В спальне он повертел «дипломат».
– Хорошая вещица, жаль портить. Есть карточка?
– Что? – не поняла я.
– Ну, кредитка или телефонная?
Я протянула пластиковый прямоугольник «Лионский кредит». Жора всунул твердый плоский кусочек в узенькую щелку возле замка, как-то быстро дернул рукой. Раздался тихий щелчок.
– Прошу, – ухмыльнулся Жора, – вход открыт.
– Ловко, – пробормотала я, разглядывая то, чего раньше не замечала: следы от плохо сведенной татуировки на его безымянном пальце.
Вероятнее всего, там был наколот перстень, подтверждавший ходку в зону. Жора перехватил мой взгляд и моментально сообщил:
– По глупости было, в малолетке сидел.
Вы не волнуйтесь, это мы с пацанами спьяну в будку сапожника влезли. И не украли ничего толком – гуталин да тряпки. Только у родителей моих еще пятеро по лавкам сидели, вот и запихнули меня в спец. ПТУ, чтоб избавиться. А перстенек я из дури наколол, выпендриться хотел. Я с тех пор ни-ни, веду абсолютно трезвый и честный образ жизни. Насмотрелся в спецухе на тюремные порядки, на всю жизнь урок.
Однако навыков взлома не потерял! Господи, надеюсь, что Семен Андреевич не серийный убийца.
Выпроводив помощника за дверь, я заперлась на задвижку и подняла крышку. Внутри лежала всего-то лишь одна-одинешенька беленькая папочка. Самая обычная, с тряпочными завязками и надписью «Дело». Несколько листочков были исписаны мелким убористым почерком. Тут же нашелся список из двадцати фамилий. Против каждой адрес и телефон. Возле имен крестики – восемь черных, остальные красные. Сверху на одном листочке стояло: «Отчет». Я принялась читать аккуратные, написанные прямо-таки каллиграфическим почерком строчки.
Когда наконец я сумела оторваться от захватывающего материала, голова у меня гудела, как пивной котел. Мысли переплелись в тугой клубок. И я без конца повторяла про себя: «Какая я идиотка! Так фатально ошибиться!»
Глава 18
Ошибка произошла в самом начале моих поисков. Покойная Леночка, секретарша Маркова, сказала, что Игорь по просьбе Надежды Фоминой занимался делом Константина Яковлевича Точилина.
