"
"– Только учти: неопытный киллер оставил на стволе полным-полно отпечатков пальцев, словно, балуясь, вертел «ТТ» в руках. Вот идиот, небось не читает, как ты, детективы. Сейчас даже грудные младенцы знают, что на преступление следует идти в перчатках, желательно кожаных!
И он довольно запыхтел трубкой. Ну просто Шерлок Холмс! Кое-как собравшись с мыслями, я рассказала правду про спущенное колесо и страшную находку в багажнике.
Дегтярев молча выслушал покаяние и заявил:
– Больше всего твоя история напоминает показания одного грузина: «Сижу на лестничной площадке и чищу картошку саблей.
Тут появляется Гиви и тридцать три раза случайно натыкается на саблю».
Я обозлилась.
– Все, что я говорю, – правда.
Александр Михайлович ответил:
– Тот грузин тоже уверял, что тридцать три раны от сабли оказались на теле Гиви случайно.
– Я не вру!!!
– Ну тогда мне придется думать, что пистолет в багажник «Вольво» сунул тебе кто-то из домашних, больше некому.
Нюся! Неожиданная мысль влетела в голову, как пуля.
Это Нюся зачем-то убила бедного Григория Яковлевича.
– Вспомнила что-нибудь? – тихо осведомился полковник.
Я вздохнула и рассказала все, что думаю про гостью. По мере того как из моего рта выливались потоки информации, глаза приятеля становились все круглее. Наконец он поинтересовался:
– Значит, ты летала не в Киев, а в Вермь, покупать квартиру несчастной сироте?
Я кивнула. Полковник вовсю пыхтел трубкой. Вся комната уже наполнилась сладковатым дымом, и мне перестал нравиться этот аромат.
– Арестуй девчонку, – потребовала я.
– Знаешь, – проговорил приятель, – давай пока понаблюдаем за ней, выявим сообщников.
– Нет, лучше арестуй, – настаивала я. – Она липнет к Аркашке как жвачка, Ольга нервничает, а теперь оказывается, что она еще и убийца.
– Ну, это не доказано, – бормотал приятель, – мало ли кто держал пистолет…
Только посмотрите на него! Меня обвинял с пеной у рта, а постороннюю девчонку, весьма гадкую особу, даже подозревать не хочет!
Не замечая моего гнева, полковник приказал:
– Сиди дома и не высовывайся, потому что, как только ты выезжаешь в город, к тебе тучами липнут неприятности.
– Сажаешь под домашний арест?
– Именно, – сообщил полковник и положил трубку на тумбочку возле кровати, – именно под домашний арест.
Он встал и подошел к двери.
– Кстати, если не послушаешься и все-таки поедешь в город, дальше поста ГАИ не прошмыгнешь. Патрульным я отдам строжайший приказ поворачивать «Вольво» назад.
