Кстати, еще давно читал, что органы от свиньи подходят человеку лучше всего. Кроме человеческих органов, конечно. Я когда прочитал, еще посмеялся — после десяти лет работы опером я стал подозревать, что большинство людей откровенные свиньи. Насмотрелся, да. И вот подтверждение моего вывода!
Сколько в этом кабане? Килограммов двести, не меньше. Эдакий патриарх царства свиней. Чем он провинился? Перестал трахать свиноматок? Или просто пришло время умирать? Интересно, кем он станет в новой жизни… Или вернее так — кто из людей отбывал свой срок в теле свиньи? И за что?
Обезьяна.
Не шимпанзе, нет. Что-то хвостатое, похожее на бандерлога из мультика. Бандерлога? Это я базу подвожу, что ли? Мол, бандерлогов нечего жалеть, они гады?
Интересно, откуда они притащили обезьяну? Может у кого-то дома жил? Вряд ли. Обезьян дома держат только идиоты. Опять же, еще на «старой Земле» я читал о том, что обезьян нельзя приучить ходить на лоток, или в унитаз. Они гадят там, где им хочется, и разбрасывают свое дерьмо.
Собак приучают, кошки с самых младенческих дней приучаются ходить в лоток, обезьяны — нет. Я тогда еще подумал, что возможно суть проблемы — протест обезьяньего племени против рабской жизни у человека. Мол, вот вам, человеки! Кормите, поите, а я вам в руки насру!
Впрочем, срать в кормящие тебя руки — это как раз привычка человеческих особей. «Сосед, дай взаймы, а то давно не жрал и под порог тебе насрать нечем!». Постоянно видел такое, и даже не от отдельных людей — от целых государств.
Если обезьяну научить ходить в одежде, изъясняться членораздельной речью и заставить есть ложкой — она все равно останется неблагодарной обезьяной.
Взгляд. Обезьяна не кричит, не трясет прутья клетки — просто смотрит на меня, и будто понимает, что сейчас ее будут убивать. Страшно убивать — так, чтобы она мучилась, медленно гнила заживо.
Хреново мне. Я ведь потом буду вспоминать этот взгляд. Он будет мне сниться. Не знаю, чем провинилась эта обезьяна — может вывозила портьеры в говне, и потому хозяин от нее избавился, но… лучше бы он ее просто и без затей убил, чем вот так, предательски отдать чужим людям на мучение.
Ведь ясно было, что Академия покупает обезьяну для опытов. А опыты над животными не бывают добрыми.
Глаза. Глаза людей, которые смотрят на меня и на животных, ожидающих своей смерти. Глаза равнодушные, глаза веселые, глаза любопытные — смотрят, как на спектакль, и ждут, когда же я начну убивать. Это даже хуже, чем гладиаторские бои.
