Он сказал, что читал книги, в том числе старые, отыскивал там приемы единоборств и разучивал в одиночестве. Про мать ничего не сказал.
— Может и специально не сказал… а зачем он будет про нее говорить? Всю, иди. К завтрашнему дню доклад должен быть у меня.
Глава 11
Спал я тревожно. Болела голова после приема проклятого снадобья, мелькали картинки из прошлой жизни. Вернее — из прошлых жизней. Почему-то приснилась «здешняя мама» в шортах и майке. Вроде как мы с ней шли по широкой улице мимо витрин магазинов, и моя голова была аккурат ей в подмышку.
А мимо проносились машины, навстречу шли девчонки со смартфонами возле уха, а я предвкушал покупку нового телефона — мама обещала! Глупый сон. Смесь всех моих воспоминаний.
Жаль мне «здешнюю маму». Хорошая была девчонка, это точно. Прожила совсем ничего… двадцать с небольшим лет. Меня не было с ней, когда она умирала. Меня после драки на балу увезли, и поселили в глухом поместье, где я общался только со слугами, и с теми, кого ко мне допускали. На целых восемь лет моим главным собеседником (если не считать других учителей), стал Учитель.
Как его звали на самом деле, я не знал, и не знаю сейчас. Да его все так и звали — Учитель. Сухощавый, жилистый, невероятно сильный и ловкий — он был похож на многоборца на пенсии, который так и не бросил свои занятия спортом. Ни одной лишней жиринки, ни дня без занятий. Он бегал рядом со мной, делал все то, что делал я, только… лучше меня. Гораздо лучше. По крайней мере — до тех пор пока я не перешагнул рубеж четырнадцати лет.
Если нас поставить рядом, можно подумать, что мы родственники — оба сухие, жилистые, оба ничем не примечательные, даже взгляды, и то похожи. Учитель постарался за эти восемь лет сделать из меня то, что я сейчас из себя представляю. Сделать своей копией."
"Впрочем, я и сам не знаю, что из себя представляю. Тот, прежний я — давно уже слился со мной нынешним. Невозможно жить в некой среде и не пропитаться ее духом, ее понятиями. Хотя конечно же мировоззрение меня-тогдашнего преобладает в моем мозгу.
Например, я уже не удивляюсь тому, что в этом мире существует рабство. Принял это как факт, и таковое положение дел меня не шокирует. Вообще, я уже давно живу по принципу: наслаждайся каждым прожитым днем, и если ему следуешь — все становится на свои места. Я уже умер, так что каждый прожитый день в новом, молодом теле — это подарок. И еще — зная, что смерти на самом деле нет — жить легче. Даже если я умру… то совсем не умру.
