Бастарды

Грустная и счастливая улыбка, которая заставила его сердце болезненно сжаться.

Чуть слышно всхлипнув, Ал-Тор вскинул меч и, бросив стражникам боевой клич, ринулся в атаку. Он прыгнул в толпу прямо с того места, на котором стоял. Карниз возвышался над пляжем на два человеческих роста, но это не стало препятствием для юноши.

Оттолкнувшись от камня, Ал-Тор сделал сальто и приземлился на ноги, как кошка. Длинный меч сверкнул в ярком солнечном свете и начал свою кровавую жатву. Уже приземляясь, Ал-Тор умудрился достать двух стражников.

Охнув, стражники инстинктивно шарахнулись в стороны, но выучка и опыт помогли им справиться со страхом. Вскинув оружие, они бросились в атаку. Барон недаром ел свой хлеб. Стражники быстро окружили Ал-Тора, нападая с разных сторон, но не мешая друг другу. Их ставка была на количество и силу. Ни один живой человек, как бы он ни был силен и ловок, не смог бы долго орудовать тяжелым полуторником. Силам любого человека рано или поздно должен был прийти конец.

Для него это был не просто бой. Это была месть. Месть стражникам, сатрапу, судьбе, всему миру за всю боль и ненависть, которые ему пришлось перенести с самого детства. Он не щадил никого. И в первую очередь себя.

Гибкая фигура юноши превратилась в одно размытое пятно, а лезвие меча в сверкающую полосу. Скорость ударов была такой, что кровь не успевала испачкать сталь. Сознание Ал-Тора слилось с сознанием клинка, и это делало его непобедимым.

Они стали едины. Не было стали и плоти. Был только дух боя. Сплошной сгусток холодной, чистой, незамутненной мыслями ярости. Удары тяжелого полуторника крошили все – сталь, броню, плоть, кости. От этих ударов не было спасения. Самым невероятным было то, что Ал-Тор ни на секунду не прекращал двигаться. Его клинок вращался с того момента, как он начал схватку.

Наконец, стражники не выдержали и бросились бежать. Это привело Ал-Тора в исступление. Эти люди искали спасения своих никчемных жизней, но они убили его мать, даже не дав ей шанса на спасение.

"Получивший удар сапогом в голову барон с трудом поднялся и огляделся в поисках своего эстока. Узкий клинок валялся в паре шагов от скалы, отброшенный при падении. Быстро подобрав оружие, барон осмотрелся, оценивая потери. С первого взгляда было ясно, что бастард сдержал свое слово. Из полной полусотни в живых остался только он. Один. Не было даже раненых.