Он действовал хладнокровно и совершенно спокойно, как на обычных, рутинных стрельбах. Одна только мысль царапалась в сознании. Ставки этого соревнования были слишком высоки. «Ох и неспроста это все затеяно пруссаком! Сейчас наши страны стремительно отходили от бывших ранее союзнических отношений. Слишком уж много было между ними противоречий. А новый король Пруссии все явственнее демонстрировал силу своей армии, стоящей у границ двух империй. Почему бы и здесь прилюдно не щелкнуть по самолюбию русских? Ведь если проиграешь, то обязательно разнесут и представят все в выгодном для себя свете.
Вон сколько вокруг иностранных дармоедов собралось! Да и штуцер батюшкин жалко. Как родной он мне, столько лет верой и правдой служил».
Лешка как мог отгонял эти мысли, чтобы они не мешали работать с оружием. Тщательно осмотрев гладко отшлифованную пулю, он завернул ее в мягкий кожаный пластырь и начал забивать шомполом в ствол. Рядом со штуцером господина возился и немец-денщик.
– Ваше высокоблагородие, позвольте я вам буду перезаряжать? – предложил командиру Тихон.
– А то что вы тут с этим молотком? Германский-то господин вона отдыхает.
– Сам я, Мухин, сам, спасибо тебе, братец, – отверг предложение солдата Алексей. – Ты давай с духом собирайся и думай загодя, как действовать будешь. Никак нам нельзя немчуре этой проиграть. Иначе они ружье твое заберут. А какой ты егерь будешь, ежели без ружья останешься?
– Я им его не отдам! – вскинулся солдат. – Пущай хоть чего они со мной делают!
– Ну, вот и думай, значит, Тишка, головой, – кивнул подполковник.
– Тут ведь, помимо точности самой стрельбы, еще и сноровка нужна в заряжании, ибо на время состязания у вас будут. А перед этим ведь вам еще и две версты вдоль берега предстоит пробежать. Вот ты и смотри, как дыхание свое не сбить. Применяй, рядовой Мухин, нашу егерскую смекалку.
Штуцера были опять перезаряжены, и стрелки выпустили еще по одной пуле в свои цели.
– Пять выстрел! – оповестил всех собравшихся пруссак.
– Ну, теперь слово за наш нижний чин. Господа, пока их отвести на исходный рубеж, предлагаю всем немного подкрепиться.
На взгорке у реки уже была накрыта пара походных столиков, и все присутствующие с веселым гомоном устремились к ним.
– Почему вы не пить вино, господин подполковник? Вы бояться утратить твердость рук? – с насмешкой спросил фон Корф. – Впереди только лишь стрельба из пистоль, все основное уже позади, и скоро мы глядеть на результат.
