Пошли, Живан, выручать будем наших оболтусов! – кивнул он своему заместителю.
– Да зачем, Алексей Петрович, вон они и сами уже подходят, – показал тот на приближающийся к редуту отряд.
Два десятка егерей несли наполненные фляги и… трех связанных, с заткнутыми кляпами преображенцев. У одного из них на нарядном и красивом мундире горели золотом капральские галуны.
– Ваше высокоблагородие, вода доставлена в расположение батальона, – докладывал Лужин. – По дороге были атакованы пикетом условного противника, требующего от нас сдачи в плен.
На наш ответ, что русские не сдаются, они грозились открыть огонь, после чего были нами обезоружены и доставлены к вам. Из пленных никто не пострадал. Мы это… мы аккуратненько с ними.
«Лужину палки и разжалование в рядовые с переводом в самый захудалый полк. Меня в лучшем случае в капитаны и на гарнизонную роту в Сибирь», – думал с тоской Егоров.
– Афанасьев! Афанасьев, морда ты рыжая! – выкрикнул он резко. – Ну и где тебя вечно носит, когда ты вот здесь мне нужен?!
– Дык я же тут, ваше высокоблагородие… – подскочив, начал тот сразу оправдываться.
– Не перебивать, когда господа офицеры говорят! – рявкнул в сердцах Егоров. – Сколько у тебя безоболочных зарядов всего в запасе имеется?
– Так пять же, господин майор, – ответил тот, пожимая плечами. – Я ведь вам давеча сам об этом докладывал!
– А если вдруг хорошо поискать? – с каким-то хищным прищуром спросил его командир.
– Ну, так-то, конечно, еще парочку найду, – прикинул тот. – Только вот разрядить их сначала нужно, чтобы никого картечинами не побило.
– Учти, Афанасьев, у тебя есть полчаса времени на все, чтобы эти фугасы надежно установить. Видишь, вон уже светать начинает, и поле становится видно. – Подполковник обвел рукой открывающиеся с вала окрестности. – Только смотри у меня, Василий, чтобы никого из наступающих не побило! Лично мы с тобою за это ответим!
– Есть за полчаса фугасы установить! – радостно воскликнул тот. – Все будет хорошо, Алексей Петрович, вы только не волнуйтесь! – и, резко развернувшись, унтер побежал к своей команде.
– Да я и не волнуюсь уже, теперь-то чего уже волноваться, и так вон как хорошо отличились, – кивнул он на три связанные и прислоненные к брустверу фигуры гвардейцев.
* * *– Алексей, свита отъехала от дворца, совсем скоро она будет уже здесь, как только все рассядутся на трибунах и на помостах, так все сразу и начнется. У вас тут все готово? А это что такое? – Кутузов с удивлением оглядывал связанных преображенцев.
