Ну, так что там дальше, Сайфулла, почему десант за Буг отменили? Говори все, что знаешь! – потребовал строго у турка Егоров.
– Господин русский офицер, я ведь не все знаю, я самый обычный сотенный командир, – забормотал пленный. – Нам сказали только, что у русских за рекой оказалось очень много сил и что они, ну, то есть вы, приготовили там большие укрепления с пушками. Поэтому наступать на вас теперь будут в другом направлении, где вы не ожидаете, и с поддержкой орудий многочисленного морского флота. Здесь же нашим большим морским кораблям не развернуться, а вот вы можете со своих береговых батарей много тех судов потопить.
Нас оставили тут нести караульную службу и демонстрировать силу, а все остальные части вывели в сторону Очакова.
– Где именно, в каком месте ваше командование планирует нанести по нам удар? Ну-у, Сайфулла, говори, я же вижу, что ты что-то знаешь! – Егоров склонился над турецким сотником, пристально глядя ему в глаза. – Обещаю, что никто не узнает о нашем разговоре. Хочешь, мы тебя спрячем здесь в кустах и ты вылезешь из них, когда мы уже уйдем на свой берег? А своим ты расскажешь что-нибудь героическое.
Ты ведь раненый, и тебе поверят, еще и героем у себя будешь. Ну-у, так куда планируется нанести удар, прикрываясь морскими орудиями кораблей?
– Кил-бурун. Я слышал от своего знакомого из уходящего обратно к Очакову алая, что их будут перебрасывать под эту крепость. И он сказал, что они ее обязательно возьмут, потому что за них там будут сотни больших морских пушек.
Мимо егерей по главной улице станицы с посвистом прошла первая сотня казаков.
– Эге-ей, с дороги, пяхота! Зашибем, затопчем ненароком! Отойди-и!
– Где ваш командир, где подполковник? – группа всадников, гарцуя у крайней хаты, расспрашивала стрелков.
– Да вона их высокоблагородия, с пленным они беседуют, – махнули те рукой в другой конец улицы.
– Алексей Петрович, я все четыре своих эскадрона сюда переправил, что делать далее будем? – Спешившись рядом с Егоровым, командир Бугского казачьего полка крепко пожал протянутую ему для приветствия руку.
"
"– Сергей Федорович, дорогой, рад тебе. Как переправились? Надеюсь, без неприятностей обошлось? – поинтересовался у него Лешка.
– Да ничего, только вот вымокли изрядно, – махнул тот в ответ рукой. – Некоторые растяпы даже порох замочили, да и Бог с ним, у нас и пики с саблями есть. Твои ребятки подсветили нам берег удачно, вот мы на них-то прямиком и выплыли, а там пологий подъем.
