Сыграли свадьбу весело и дружно, весь батальон егерей сложился и выкупил для молодоженов добрую новую избу.
– Живите дружно, люди добрые, и детишек там нянькайте."
"Алексей же начал сборы в дальнюю дорогу. Совсем скоро выпадет первый снег, потом мороз скует непролазную степную грязь, а после пары буранов сани набьют хорошую зимнюю дорогу. Ныне почтовый тракт начинался уже с Херсона, и шел он через всю Новороссию на Киев и уже дальше на север вглубь страны.
– Ну что, Живан, опять тебе за меня оставаться приходится, ты ничего? – спросил сочувственно Алексей у своего друга и заместителя.
– Да ничего, это дело привычное, – улыбнулся тот. – Вроде бы нерешенных вопросов у нас сейчас не осталось, батальон весь укомплектован, обут и одет полностью. Скоро вот два десятка обещанных потемкинских штуцеров завезут, как вот их правильнее распределить?
– Ну да, первой санной дорогой обещали доставить, – подтвердил Алексей. – Команды отборных стрелков в каждой роте нарезным оружием обеспечены уже полностью, так что распределяйте эти штуцера по обычным стрелковым отделениям.
Сами выбирайте там самых метких, устройте что-нибудь типа соревнований, чтобы все видели, что наиболее достойному егерю это оружие достается. Пусть даже это и не капрал или унтер будет, а самый что ни на есть обычный рядовой. Есть ведь среди наших солдат и такие, что даже опытным отборным стрелкам ни в чем не уступят, а служат они у нас всего лишь год-другой. Талант, друг, – это серьезно. Не зря же господь их зорким глазом и твердою рукой наградил?
* * *– Берите-берите, меха в зимней дороге никогда лишними не будут! – Усков Степан передал еще один тулуп из хорошо выделанной овчины.
– Да куда уже, мы и так в кибитку не помещаемся, – попробовал было протестовать Алексей. Но все было бесполезно, и они с Катариной и детьми походили уже в этой крытой повозке на семейство эскимосов или чукчей, закутанных в сплошные меха.
– Ваше высокоблагородие, вы там Карпычу, Курту и Потапке привет передавайте! – раздались крики собравшихся кучкой ветеранов.
– Пущай не забывают они там нас!
Отделившись от всех, к командиру подошел Макарович с вещевым мешком.
– Ляксей Петрович, понимаем, что вам и так рухляди в дороге много тащить, но, может, найдется местечко для небольшого подарка нашим увечным и немцу? Ване мы меховые сапожки пошили, ну а Степке и Курту, стало быть, хорошие теплые рукавицы справили, – и он похлопал по своей ноше.
