Сам Арден бросил поводья старшему рыжику и исчез в зарослях.
А вот мне пришлось гораздо сложнее. Казалось, обо мне все забыли и предоставили самой себе. Кое-как я сползла на землю. Но на ногах устоять не сумела, так и осела кулем на прошлогоднюю траву.
Ландр забрал мою лошадку, отвёл к остальным и надел ей на морду торбу с овсом. Животные с аппетитом жевали свой обед. Эта картина вызывала во мне зависть и бурчание в желудке. Поэтому я перевела взгляд на середину полянки, где рыжики споро соорудили костёр.
– Эй, лейва, сходишь за водой? – Олаф махнул мне котелком.
– Река в ста шагах вон за теми деревьями.
– Инна, меня зовут Инна, – привычно проворчала я и, кряхтя как столетняя бабка, поднялась на ноги.
– А волшебное слово сказать слабо? – буркнула, забирая котелок.
– Я не маг, – удивился он. – Чего ты от меня хочешь?
– Элементарной вежливости, – скорчила ему рожу и направилась в указанную сторону.
Реку я почувствовала ещё до того, как увидела. От воды тянуло свежестью. Сразу вспомнилось, что вчера никто и не подумал позаботиться о моей гигиене.
К тому же сегодня я уже несколько часов провела в седле. Поэтому несло от меня так же, как и от моей лошади.
Но мысли искупаться пришлось отмести. Река была мелкой, скорее, большой ручей, но с каменистым руслом. Бурное течение омывало разномастные булыжники, усеивающие дно и во многих местах поднимающиеся над водой. Меня тут просто снесёт и размажет по камням.
Я нашла достаточно пологий спуск, набрала в котелок воды и уже направилась назад. Как вдруг моё внимание привлекло что-то необычное, нечто, нарушающее пейзаж.
Я отклонила высокие стебли растения, похожего на камыш. От увиденного у меня похолодело в груди.
Оказывается, в полусотне шагов вправо отлогий берег образовывал песчаный пляж. Если бы я прошла чуть дальше, то вполне могла бы искупаться. Там русло было ровнее, да и изгиб речушки образовывал тихое место.
Только пляж был уже занят."
"На песке стоял обнажённый Арден. Стоял на четвереньках, боком ко мне… И при этом очень странно извивался, то припадая к самой земле, то выгибая спину колесом.
Я остолбенела от нахлынувшей жалости.
Левый бок мужчины, повернутый ко мне, от бедра до подмышки был лилово-синего цвета. Я никогда прежде не видела такого огромного синяка. На фоне светлой повязки, под которой пряталась рана, он выглядел ещё более ярким и жутким.
Из-за шумящей воды Арден меня не слышал и продолжал свои странные движения, похожие на какой-то безумный танец. Было видно, что ему больно.
