– Потерпишь, – коротко рыкнул в ответ на возражение, застывшее в глазах парня.
– Не волнуйся, приставать не буду, – едко бросила я, когда Олаф с досадой подергал наручники.
– Да я не волнуюсь…
– Олаф, ты смотри, руки не распускай, – гыгыкнул Ландр, явно довольный, что это не его ко мне приковали, – а то еще жениться придется.
– Храни меня Аруя! – тот передернул плечами. – Жениться на лейве?!
– Что за Аруя? – тут же влезла я. – И чем тебе это лейвы не угодили? Вы же их ловите, чтобы выдавать замуж за магов.
Разве нет?
– Аруя – это такой остров в небе. Туда попадают души праведников и там по преданию вершатся все судьбы нашего мира, – пояснил Олаф, хмуро поглядывая на брата. – А ты не ржи, завтра тебе с ней спать.
– Инна, не обижайся, – Ландр улыбнулся мне. – Но из людей никто не рискнет жениться на лейве.
– Это еще почему?
Он внезапно покраснел и отвел взгляд:
– Ну… тебе в Академии объяснят.
– А почему не сейчас?
– Это очень деликатная тема, – помог Олаф застеснявшемуся братцу.
А меня разобрало любопытство.
– Так, говорите сейчас же! А то я вам спать не дам.
Все это время мы переговаривались шепотом, не желая тревожить Ардена, который, видимо, спал, так как с его стороны не было слышно ни звука. Но последнюю фразу я сказала громче обычного.
Парни тут же зашикали на меня:
– Тише! Ладно, скажем, вот прицепилась.
– Когда Аруя соединяет мужчину и женщину, она соединяет их ауры, – первым начал объяснять Олаф.
Причем с подозрительно страдальческим видом. – Так маг получает силу от своей жены-лейвы. А обычный человек просто сгорит, понимаешь? Ему нельзя быть с лейвой.
– Подожди, в каком смысле “быть”? – меня накрыло смутное подозрение. – Это вы про секс, что ли?
Похоже, слово из четырех букв им ничего не сказало. Они недоуменно переглянулись и вновь уставились на меня, ожидая подсказки.
– Ну, простому мужику нельзя спать с лейвой? – перефразировала я. – Заниматься любовью? Сно…
– А ну, заткнулись! Все! – раздался со стороны Ардена злобный рык.
"
"Я невольно втянула голову в плечи. Парни тоже синхронно нырнули в сено по самые макушки. Больше никто из нас до самого утра не посмел издать ни звука. А на рассвете, позавтракав, мы продолжили путь.
***
Спала я плохо. Не привыкла к ночевкам в сене, да еще когда с двух сторон шумно дышат, ерзают и пышут жаром два взрослых парня. К тому же новые знания не давали покоя.
