Батя, Батюшко и Бэмби

Ignorantia non est argumentum[25]

Денис был уверен, что этой ночью ему не отдохнуть. Он не привык делить постель, и в тех редких случаях, когда женщины оставались у него на ночь, беспокойный сон ему гарантировался. Вот и сейчас себя на это настраивал, пока Оля водила носом по его плечу. Забавная привычка, под стать Бэмби. Надо будет, когда она заснет, встать и достать второе одеяло. Может быть, на краю постели и под отдельным одеялом удастся создать иллюзию того, что один, и заснуть.

— Ты самый лучший на свете доктор.

Много ли ты в своей жизни андрологов встречала, Оля? Он не сказал этого вслух. Как и почти сорвавшее с губ «обращайся». Лишь обнял крепче и улыбнулся в темноте ее довольному вздоху. Да и черт с ним, если не выспится. В воскресенье доберет.

Денис лежал, слушал ее тихое дыхание у самого уха, думал о том, что минут через пять наступит медленная фаза сна и можно будет снимать ее руку со своей груди и вставать за одеялом. Думал-думал — и заснул.

Под мерное сопение, с прижавшимся плотно нагим женским телом и накрытый ее ладонью ровно по грудине. Заснул крепко и до утра.

А утром от нее пахло его зубной пастой, когда Оля целовала Дэна в машине около своего дома. Суббота, раннее утро, свидетелей — нежелательных и вообще любых — нет. И она снова проводит носом по его щеке. Этот жест Оле странным образом идет. А Денис начинает к нему привыкать.

* * *Оля смотрела на экран монитора. Сайт недавно приобретенной туристической базы Ларионова зазывно пестрил новогодним спецпредложением.

Контекстная реклама была запущена на просторы сети. Краткосрочный то ли роман, то ли флирт с дизайнером закончился. Видно, девочка где-то прокололась и выпустила цепкие коготки раньше времени. А Ларионов не любил, когда им вертели. В итоге макеты дорабатывали, подправляли, меняли шрифты и цвета. Конечный результат Оле понравился. Ларионов его одобрил, и вот рекламная акция стартовала.

Ольга смотрела в монитор и думала о том, что жизнь похожа на весы с двумя чашами.

Вверх-вниз, вверх-вниз… Еще совсем недавно «слизень» продал базу, не сомневаясь в ее убыточности, а Ларионов взялся за дело, и Оля была уверена: свой новый бизнес он раскрутит и свои вложения в это дело вернет с лихвой. Потому что хватка бульдожья.

Ларионов — вверх, а «слизень» — вниз. И не помогут ему ни реклама автосалона, ни прочие хитрости. Потому что работать Золотарев разучился.