Батюшка. Кулак и крест

Узнав о случившемся, он буквально схватился за голову. Судя по всему, от этого происшествия у него будут неприятности. Если рабочий был официально не оформлен и если он с ним не договорится в машине по дороге в больницу.

В этот день поругаться с прорабом не удалось. Собственно говоря, ругаться нужно было не с ним, а с начальством рангом выше. Отец Василий решил оставить вопрос до утра, а утром позвонить в подрядную организацию и поставить вопрос ребром о положении на объекте.

На село опустилась вечерняя предсумеречная тишина.

Было хорошо и покойно. С окраины в село втягивалось коровье стадо, где-то заиграла гармонь. Несколько девушек с косынками на плечах прошли по улице, держась под ручку."

"Отец Василий подошел к дому участкового. Неухоженный двор, заросший сорной травой, сегодня выглядел не таким захламленным, как вчера. Видать, от плохого настроения Рогов навел относительный порядок. Эта черта понравилась отцу Василию – лечить плохое настроение делом, а не жалобами и стенаниями. Тем более не глушить водкой.

Сам участковый в майке, босиком и старом, застиранном милицейском галифе встретил священника у порога с ведром и тряпкой.

– А, здорово, отец Василий, – усмехнулся участковый. – Я уж думал, не придешь. А я вот хандру работой лечу.

– Вижу, – кивнул отец Василий. – Может, помочь?

– Как говорит мой сын – «хорош прикалываться»! Давай заходи, я уже закончил.

Отец Василий вошел в хату, тщательно вытерев ноги о мокрую тряпку у порога. Машинально вскинул руку ко лбу и повернулся в сторону «красного» угла, где обычно верующие вешают иконы.

К его удивлению, там действительно имелась икона, точнее – триптих. Не новый, оставшийся от своих стариков. Стоял он на полочке под потолком без рушничка, как обычно ставят старушки, и без лампадки, но стоял. Это уже было интересно. Отец Василий перекрестился, мысленно попросив Господа благословить этот дом и живущих в нем.

Участковый вернулся без ведра, прошел к умывальнику и спросил оттуда:

– Что, икону увидел? Думаешь, ради тебя повесил?

– И в мыслях не было.

– Да ладно тебе, – скептически усмехнулся Рогов и кивнул на стол, где красовался старенький, но до блеска начищенный электрический самовар, которого тоже раньше не было. – Проходи, чайку сварганим на сон грядущий.

Отец Василий улыбнулся и прошел к столу. Участковый быстро накрыл стол, выставив варенье, белый магазинный хлеб, тарелку с нарезанной колбасой и сыром. Наконец уселся сам и потрогал бок самовара.