Беатрис

— Или нарушать их по-умному, — добавила Лу.

— Расскажи свою историю, — попросила Лу, когда мы вернулись в комнату. Она лежала на своей кровати, задрав ноги на стену.

— Нет у меня никакой истории, — ответила я.

Я закрыла глаза и понадеялась, что Лу поймет — я не хочу разговаривать. Но она не поняла.

— Наркотики? — спросила Лу. — Насилие в семье? Самодеструктивное поведение? Смесь всего этого?

— Ничего из этого.

— Тогда что ты тут делаешь?

— Все дело в папе.

— Инцест? — спросила Лу, словно это первое, что пришло ей на ум, когда я сказала слово «папа».

— Нет, он умер.

— Грустно, — сказала Лу. — А мама?

— Ее нет.

— Она тоже умерла?

— Нет, ее просто нет.

— Не понимаю, — проговорила Лу. — Как родители могут бросить своего ребенка?

— Ну, что он может сделать, если он умер.

— Я имела в виду твою маму.

— А ты? — спросила я, чтобы не говорить больше о себе. — А ты как здесь очутилась?

— По недоразумению, — ответила Лу. — В один прекрасный день они просто пришли и забрали меня.

В смысле — социалка. Забрали меня у мамы без всяких оснований, и с тех пор я жила в разных семьях и в таких местах, как это.

Я сказала, что это просто ад, а не жизнь, и Лу согласилась, что очень похоже на ад. Но скоро она будет свободна. Осталось всего двести сорок семь дней до того, как ей исполнится восемнадцать, тогда срок ее заключения в неволе закончится. И она снова сможет вернуться к маме.

— Залезай сюда, — сказала она.

Я залезла к ней на кровать.

— Смотри! — Лу показала мне фото красивой молодой женщины в открытом купальнике.

Потом она объяснила, что это Донна, ее мама. На обоях под фотографией я увидела массу черточек и крестиков."

"— Вот столько дней мне осталось до совершеннолетия, — сказал Лу, указывая пальцем. — Скоро смогу делать, что захочу. Мой первый совет тебе: составь план, что будешь делать, когда выйдешь отсюда. У тебя есть план?

Я ответила, что я только что попала сюда и у меня нет сил об этом думать.

— Хочешь, я тебе кое-что покажу? — продолжала Лу.

Она слезла с кровати, открыла шкаф и достала потрепанную лупоглазую куклу для причесок и макияжа.

— Это Мия, — сказала она. — Мама подарила ее мне на день рождения, когда мне исполнилось восемь. Поначалу я делала ей макияж, а сейчас все больше прически.

Она повернула куклу и показала мне косу, которую она назвала «рыбий хвост».

— Красиво, — сказала я.

— Хочешь, и тебе такую сделаю?

Лу уже подошла к письменному столу и выдвинула стул.