Беатрис

— Мама просто с ума сойдет, когда увидит твои волосы, — заявила Лу, когда все было расчесано. — Просто обалдеет от твоих волос. Но тебе надо получше о них заботиться. Надо заплетать на ночь косу, чтобы они не спутывались.

Когда я ответила, что не умею, Лу громко засмеялась. Никогда в жизни она не встречала девочку, которая не умела бы заплести самую простую косу.

— С прической я умею делать только одно — снимать волоски, — сказала я. Это правда: снимать волоски с себя и других мое любимое занятие.

— Может быть, тебе стоит начать работать в салоне красоты? — предложила Лу, которая уже начала заплетать мои волосы. — Что скажешь? Хочешь стать ровняльщицей усов в нашем с мамой салоне?

— А разве есть такая профессия?

— А мы решим, что такая профессия будет.

— Ну хорошо.

— Это значит «да»?

— Да.

В дверь поскреблись. Лу попросила меня подержать косу и пошла открывать дверь.

— Ну заходи, Письколо, — сказала она.

Пикколо подошла ко мне. Она так виляла хвостом, что все тело ходило ходуном.

— Маленькая счастливая история, — сказала Лу, убрав свою куклу подальше от морды Пикколо. Лу очень надеялась, что однажды и о ней такое скажут. Никто не догадается, что она все детство провела по разным психушкам. Люди будут уходить из ее салона с прекрасными прическами и говорить, что эта девушка — действительно счастливая история.

10

Они как раз объехали участок дорожных работ у Эребру, когда позвонила Мария. «Одна маленькая трудность, когда заводишь детей, — подумала Чарли, — что не можешь совсем перестать контактировать с другим родителем, даже после развода». Андерс и Мария уже больше года в разводе, однако Мария звонила ему так же часто, как и прежде. То насморк, то непромокаемые варежки, то методический день в садике. Чарли давно ее раскусила и сказала Андерсу, что все эти звонки — всего лишь способ продолжать контролировать его, что ему следовало бы общаться с ней по телефону и эсэмэсками.

— Чего она хотела? — спросила Чарли, когда Андерс проговорил пять минут, отвечая, что он понимает, что он проверит, что ее мама, возможно, могла бы посидеть в какой-то день.

— Она требует больше денег, — сказал Андерс.