Беатрис

Густав не ответил, и она продолжала:

— Вот именно. Многим трудно себе представить, как выглядят такие люди. Тем не менее, они существуют.

Густав кивнул.

— Все же я хочу, чтобы вы записали имена всех, с кем у вас были отношения, — сказала Чарли.

— Всех? — переспросил Густав.

— По крайней мере, с тех пор, как вы женились.

— Не совсем понимаю зачем.

— Затем, что всех их предстоит проверить.

— Хорошо, но это все равно ничего не даст, да и что считать отношениями? Некоторых я просто… встречался с ними один раз, даже имени не помню.

— Постарайтесь вспомнить как можно лучше, — сказала Чарли.

— Хорошо, — ответил Густав. — Постараюсь. В общем, мне очень жаль, если я… короче, не знаю.

— Просто постарайтесь не затруднять следствие, — с нажимом сказала Чарли. — Вот и все. В смысле — мы ведь хотим одного. Мы хотим найти вашу дочь.

Густав кивнул.

— Только мне кажется, что я скоро потеряю…

— Потеряете что?

— Надежду. Я же знаю, как обстоит дело со временем, — продолжал он.

 — Как быстро падают шансы найти ее живой. А я сижу здесь и совершенно… бессилен.

«Вероятно, это для него новое чувство, — подумала Чарли. — Не иметь власти. Быть не в состоянии на что-либо повлиять».

— У Фриды возникали психические проблемы? — спросила Чарли.

— Я не называл бы это психическими проблемами, но у нее случались приступы усталости, — ответил Густав. — А что?

— У меня есть данные, что дело обстоит несколько серьезнее.

— Кто это сказал? — спросил Густав. И, когда Чарли не ответила: — Это она, да? Мадлен.

Она наговорит всякой чуши, лишь бы навредить нам. Просто злится из-за того, что я дал ей отставку. Если у кого-то с головой не в порядке, так это у нее самой.

— Я не утверждала, что это Мадлен.

— Да я все равно знаю, что это она. Знаю, как она плетет свои сети и пытается навредить мне. Как будто это заставит меня снова вернуться к ней.

— Но почему вы не рассказали нам об этом с самого начала? Существует женщина, которую вы считаете ненормальной, которая угрожала вашей семье…

— Как я уже сказал, я не считаю ее сумасшедшей, и я просто пытался разрешить ситуацию.

Если Фрида узнает — все пропало. Но я подозреваю… — он снова покосился в сторону кухни, — …что уже поздно.

— Да, — подтвердила Чарли. — Поздно.

— Я не плохой человек, — пробормотал Густав.

— Меня не надо ни в чем убеждать, — проговорила Чарли. — И ситуация куда серьезнее, чем ваш… отклонившийся моральный компас и ваш брак.