— Александр Христофорович? — удивился Николай. — Я полагал, маскарады не интересуют тайную полицию.
— У меня крайне важное сообщение, — извиняющимся, но заметно тревожным тоном сказал Бенкендорф.
— Это никак не может подождать до окончания праздника? — нахмурилась Александра.
— Боюсь, это вполне может испортить его, — развел руками Бенкендорф."
"— Я верю вам, Александр Христофорович, — кивнул Николай. — Вы не относитесь к числу паникеров, а значит, дело действительно не терпит отлагательств.
— И даже больше, — понизил голос Бенкендорф, приближаясь к самому уху императора.
— Это дело требует немедленного вмешательства…
— Итак, — поторопил его Николай.
— Мне доподлинно стало известно, что сегодня утром его высочество Александр Николаевич побывал в доме барона Корфа. Где до сего вечера находилась и некая мадам Елена Болотова. Следы ее пребывания прежде были обнаружены и в имении Долгоруких, куда недавно уехала к своему жениху фрейлина Репнина.
— Подождите, подождите, — снова остановил шефа жандармов Николай, — какая интересная выстраивается цепочка — наследник, Корф, Репнина! Так вы хотите сказать?.
.
— Мы нашли пани Калиновскую.
— Она арестована? — воскликнул Николай.
— Увы, — покачал головой Бенкендорф, — ей опять удалось бежать, но офицер, выезжавший на задержание, утверждает, что она находится здесь, среди гостей. На ней костюм домино, и она ищет встречи с наследником.
— Господи! Да это самый популярный костюм! Треть зала одета в домино! Это же маскарад!
— Не беспокойтесь, Ваше Величество, мы постараемся осторожно проверить каждую маску.
— Вы с ума сошли? Скандал недопустим, здесь послы иностранных государств, — заволновался Николай.
— Никто ничего не заподозрит, — успокоил его Бенкендорф. — Мои люди умеют быть невидимыми.
— Хорошо! — кивнул Николай. — Поступайте, как сочтете нужным, я полностью полагаюсь на ваш профессионализм. Однако, Александр Христофорович, вы сказали, что Калиновская скрывалась в имении Долгоруких, не так ли?
— Предположительно, ибо только сегодня нам стало известно, под каким именем она прибыла в Россию.
А мои источники в Двугорском уезде сообщали, что родственница Долгоруких, носящая эту фамилию, изъявляла желание навестить их и заранее сообщала о своем приезде.
— Но не туда ли был направлен нами и Жуковский?
— Известно, что он был там, — подтвердил Бенкендорф.
— Был, видел и не сообщил? — нахмурился Николай.
