И тогда Наташа под предлогом собственной необходимости привезла к ее доктору Штерну, о котором ей рассказывала говорливая Соня.
Но лишь только они вошли к нему в кабинет, и Татьяна вдохнула ароматы каких-то медицинских составов, она упала в обморок.
— Что вы хотите, княжна, — пожал плечами доктор Штерн, осмотрев больную, — в ее положении такая чувствительность вполне естественна и является прямым доказательством ее состояния.
— Какого состояния? — удивилась Наташа.
— Ваша служанка беременна, — пояснил доктор Штерн, — и я бы настоятельно рекомендовал вам в ближайшее время не перегружать ее работой по дому.
Судя по всему, беременность она переносит не лучшим образом, и я искренне взываю к вашему чувству простой человеческой жалости. Ведь даже такая поездка — из имения в город — могла окончиться для нее весьма печальным образом. Сами понимаете — зимняя дорога, тряска, холод.
— За кого вы меня принимаете, доктор? — возмутилась Наташа. — Откуда я могла знать!
— Простите, если обидел вас, — смутился Штерн. — Мы иногда бываем так черствы к страданиям ближнего…
— Почему ты никому ничего не сказала? — участливо спросила Наташа Татьяну, когда они возвращались обратно.
— Это моя забота, и она никого не касается, — тихо ответила Татьяна.
— А как же отец ребенка? Почему он не помогает тебе?
— Он сейчас в Петербурге, — после некоторого молчания сказала Татьяна.
— В Петербурге? — вздрогнула Наташа, и в голову ей немедленно вползли нехорошие мысли.
— Да, — поспешила объяснить Татьяна, — Никита сопровождает барона Корфа.
— Ах, так его зовут Никита? — с облегчением вздохнула Наташа. — Надеюсь, по возвращению, он женится на тебе?
— Он обещал, — кивнула Татьяна.
— Так отчего же ты такая грустная! — обрадовалась Наташа. — Это замечательно! Мы сыграем две свадьбы. А я тебе во всем помогу — позабочусь о твоем приданом."
"— Что вы, — попыталась было отказаться Татьяна, но Наташу уже невозможно было остановить — она села на своего конька. Устраивать судьбу других людей — это же такое удовольствие!
— Вот как мы поступим, — веселым голосом сказала она, — я буду оберегать тебя от работы по дому.
Тебе надо больше отдыхать и хорошо питаться.
— Благодарствуйте, барышня, — прошептала Татьяна, пряча глаза.
— Сейчас приедем — ты ступай прямо к себе, ложись, отдыхай, а я распоряжусь, чтобы тебя никто не беспокоил.
— Уж не знаю, как вас благодарить, — Татьяна опять была готова расплакаться.
— А вот это ни к чему, — пристрожила ее Наташа, — полно грустить и волноваться.
