— А кто приласкает моего ребенка? Кого он назовет отцом, а я своим мужем?
— Но, Таня, ты должна понимать, я не могу на тебе жениться! — воскликнул Андрей.
— Тогда не мешайте мне — Никита сдержит свое обещание, и все будут счастливы.
— А кто еще знает, что я — отец ребенка? — дрогнувшим от волнения голосом спросил Андрей.
— Кроме нас — только Варвара и Никита, а им незачем выдавать эту тайну, — пожала плечами Татьяна и заплакала.
— Танечка, не тревожься понапрасну, — Андрей почувствовал, что краснеет, произнося эти слова.
— Тебе стоит поберечь себя.
— Андрей Петрович, я ведь не каменная! Я все вижу, все чувствую. Скоро вы женитесь, и у вас пойдут дети. Вы будете любить их, беречь, а мы никому не нужны! Отпустите меня — я уеду с Никитой, и мы никогда не напомним вам о себе, — Татьяна просительно сложила руки на груди, и ее глаза опять наполнились слезами.
— Конечно, я не могу дать тебе той любви, которую ты ждешь от меня, — покачал головой Андрей. — Но я очень хочу, чтобы ты оставалась в нашем доме.
По крайней мере, тебя здесь никто не обидит, и мне будет спокойнее.
— А для меня здесь — одни терзания! — вскричала Татьяна. — Пожалейте вы меня!
— Сразу после свадьбы мы с Наташей уедем в Петербург, будем жить своим домом. Но я обещаю, что стану заботиться о вас с маленьким.
Татьяна вздохнула — она поняла, что это слово — последнее, и больше ей нечего ждать.
— Коли так — воля ваша, барин, — Татьяна поклонилась Андрею, — да и то сказать — привыкла я к этому дому, все родное — места и люди.
А раз вы уедете, может, нам и впрямь спокойней будет.
— Но ты должна пообещать мне… — начал было Андрей.
— Полно, барин, — остановила его Татьяна, — все уже сказано. Можете спать спокойно — я не стану разрушать вашу жизнь.
Андрей с облегчением кивнул ей и быстро вышел из ее комнаты.
Час от часу не легче! — Андрей просто места себе не находил. Не таким он представлял себе разговор с Татьяной — прежде все в нем дышало благородным гневом, а теперь выходило, что он снова бежал — бежал с поля боя, как трус и предатель.
Не то, чтобы Андрею была безразлична судьба этого нежданного ребенка, но ему с таким трудом удалось восстановить равновесие в своих отношениях с Наташей, которая была ему необходима, которую он любил и которая являлась воплощением всего того, что он так ценил в женщине — благородство души и происхождения, ум и искренность, романтичность и светскость.
