Вино тут же ударило ей в голову — все закружилось у нее перед глазами, стало жарко. Лиза сбросила с себя платок и шубу.
— Танцевать желаете? — сладким тоном спросил унтер, с вожделением оглядывая ее фигуру.
— Конечно, — подтвердила разом захмелевшая Лиза. — Как тебя величают?
— Евграфом! — подкрутил ус бравый унтер.
— Идем, Евграф! — Лиза сделала шаг от стойки, покачнулась, но взяла себя в руки и вышла в круг, который уже освобождали охочие до всякого веселья посетители трактира.
— Мать честная, — испуганно перекрестился трактирщик, — что творится! Люди добрые, это ж барышня из благородных, не приведи Господи, что с ней случится!
Но его уже никто не слушал.
Унтер сунул монету музыкантам, и они ударили плясовую. Лиза вскинула голову и принялась танцевать — как умела, как видела на праздничных гуляньях в имении.
— За нашу несравненную Терпсихору! Душечка, за вас! — кричали ей со всех сторон.
Унтер вошел в круг с ней на пару, но Лиза даже не видела его — лица, предметы, все плыло и смеялось одной большой и кривой улыбкой.
— Сударыня, вам лучше уйти! Вам здесь не место! — трактирщик, видя, что она не в себе, предпринял еще одну попытку остановить это безумие, но Лиза оттолкнула его.
— Отстаньте! И почему все знают, где мое место? — нетвердым голосом говорила она. — Что хочу, то и делаю! Давайте веселиться, господа!
— Танцуй, танцуй, ягодка моя! — унтер схватил Лизу в объятья и крепко поцеловал в губы.
— Оставь барышню в покое! — просил его трактирщик.
— Вот еще! Она такая сладкая! — усмехнулся тот, еще крепче прижимая Лизу к себе.
— Да не мешай им миловаться! — второй унтер подошел к ним и оттащил трактирщика от танцующих. — Барышня сама к нам пришла.
— Понял? — ухмыльнулся Евграф и еще раз поцеловал Лизу — на этот раз впился в ее губы долгим, грубым поцелуем.
— Нет, пожалуйста, не надо! — вдруг опомнилась Лиза, пытаясь вырваться из крепких объятий унтера. — Пожалуйста!"
"— Ни за что! — рассмеялся тот. — Мы ведь только начали, красавица!
Лиза забилась в руках унтера, точно попавшая в силок птица, и в этот момент кто-то нанес унтеру один точный и сильный удар в лицо, и Евграф отлетел к трактирному прилавку.
— Миша? — слабым голосом прошептала Лиза, скорее угадывая, чем разглядев в своем защитнике Репнина.
— Немедленно идемте отсюда! — приказал ей Репнин и, взяв Лизу за руку, встряхнул ее. — Очнитесь! Где ваша одежда?
Лиза растерянно оглянулась по сторонам.
