Бедовый 7. Битва за Изнанку

– Что за яблоки такие? – заинтересовался кто-то.

– Особенные. Внутри мягкие, а снаружи корка яркая, как солнце...

– Хватит галдеть, – отрубил Инквизитор. – И по именам не называйте друг друга. Сколько вам можно говорить?

Выглядел Пепел встревоженным, будто внял словам Николая. Он вертел головой, походя сейчас на охотничью собаку. А затем вдруг что-то понял. Его глаза округлились, лицо дрогнуло, словно в невольной муке, а губы искривились от крика:

И в одно мгновение ночь расцвела россыпью горящих фигур. Если не знать, как оно случилось, то подобное выглядело бы чудом или магией.

На самом деле Пал голыми руками вытащил со Слова горшок, наполненный жиром, с запаленным фитилем, который заготовил прежде. Его действия повторил и Смага, который приготовил такую же приспособу на тот случай, если затухнет первый.

Некогда Драконы полагались на заклинания. Пока не оказались в шведской крепости, над которой висела вековая печать, не позволяющая врагам творить волшебство. Благо, помогли настенные факелы.

Но с тех пор Инквизитор больше не полагался на магию, а всегда заготавливал перед делом пару специальных факелов или горшков, начиненных животным жиром или пчелиным воском.

Ныне шесть объятых огнем столпов стояли в низине, готовые обрушить свою мощь на неприятеля. Каждый чувствовал множество хистов, которые окружали их. Многие из промыслов им оказались знакомы, а один и вовсе должен был находиться рядом, а не с другой стороны. Алексей Вредитель пришел вместе с княжескими ратниками.

– Предатель! – зарычал Шквал, рванув вперед.

Ему вторило пламя, которое сорвалось за ним. А следом стена огня поднялась из низины, пытаясь прихватить ближайших рубежников.

Это Инквизитор Ордена Драконов проводил своего главного боевика полосой огня, оставляя после себя пожухлую траву. Пепел, оправдывая свое прозвище, был одним из немногих, кто способен создавать направленное пламя. Однако и плата за это оказалась немалая. У Пепла был самый кровожадный из хистов Драконов, который требовал сжигания жертв.

И чем сильнее неприятель, тем больше рос жуткий хист.

Закрывая собой Пепла, вспыхнул Смага. Он единственный, кто становился неуязвимым в огне. Да и хист у него был простой – чем дольше находишься в пламени, тем быстрее прилипают рубцы. Разве что постепенно огонь приходилось искать все жарче, какой не добудешь простым путем.

Стал доставать со Слова, а затем сразу бросать метательные бомбы и снаряды с зажигательной смесью Поджигатель.