Если, конечно, не выполнишь на… мои требования.
— Матвей, ты понимаешь, что делаешь? — от взгляда дворового можно было прикуривать. — Я же тебя в порошок сотру.
— А я тут причем? — деланно удивился я. — Я же молчу, ничего не говорю. Это Гриша чего-то хочет. Он у меня бес своенравный, мне не слуга.
Терентий Палыч тяжело засопел, но сыпать гневные проклятья и взывать к помощниками не стал. Уже хороший знак. Наверное, он бы стоял так и дальше, раздумывая над собственным положением, но гадский артефакт, который Гриша предварительно разогрел, с удовольствием впился в новую жертву, раскрашивая эмоциональную картину в темные тона.
— Что вы… ты, — посмотрел на беса он, — хочешь?
— Ты распорядишься, чтобы все лавочники могли торговать с хозяином, как и раньше.
— Хорошо, сделаю, — торопливо отмахнулся дворовой. Правда, той самой рукой, в которой оказалась часть веретена.
— Именно сейчас! — потребовал Гриша. В его голосе постепенно прибавлялось уверенности. — Пошли свою нечисть, чтобы прямо сейчас пробежались по торговцам.
Разве что к вэтте заходить не надо, у нас с ними свои счеты. И мешок с артефактами убери с прохода. Если пикнешь что-то не то, умрешь до захода солнца.
Терентий Палыч разве что зубами не скрипел. Правда, тут уже не разберешь — от злости или от боли. В любом случае, он сгреб мешок с артефактами и утащил его к себе под стол. После чего залез обратно в кресло и заорал:
— Ждан! Ждан!
Бес едва успел спрятаться в Трубку. Домовой же ворвался так, словно был готов мгновенно вырубить как минимум пару обидчиков.
Наверное, ждал от меня какого-то подвоха. Но заметив, что все сидят чинно и благородно, недоуменно посмотрел на босса.
— Возьми Бояна, Любима и Карима. Пробегитесь по всем торговцам, кроме вэтте. Скажите, что отныне я дозволяю торговать с Матвеем.
— Надеюсь, они управятся минут за пять? — меланхолично спросил я.
Хотя больше всего меня все же интересовало, как в эту компашку вписался Карим? И что это за нечисть? Джин какой-нибудь? Так у нас вроде их нет.
— Всех бери, — торопливо исправился дворовой.
— И быстрее, быстрее!
Когда дверь захлопнулась, я поднялся с крохотного стульчика. Удалось это с большим трудом. Вот понакупят мебели в «Детском мире», а ты потом мучайся.
— Ладно, мы тогда тоже пойдем.
— Но ты сказал, что…
— Я ничего не говорил! — перебил его я. — Гриша.
Бес выскочил как черт из табакерки. Да не просто выскочил, а влез двумя ногами прямо на стол дворового. Ничего себе наглый какой, уважаю.
— Сиди и штаны суши.
