"
"Кощеи неторопливо, точнее, не так быстро, как могли бы это сделать, пошли вслед за взбалмошной пустомелей. Та все время подгоняла их и будто бы даже совсем не боялась рубежников.
Так, один за другим, кощеи и приспешница Бедового скрылись в Башне. И вот теперь время потянулось еще медленнее. Словно бы даже вовсе остановилось.
Великий Князь нервно теребил заусенцы, обдирая кожу почти до мяса, сам превратившись в один сплошной нерв. Наверное, от Святослава сейчас можно было прикуривать. Правда, едва ли кто мог позволить себе такую дерзость.
И наконец они появились вновь. Причем, в полном составе.
Впереди опять бежала глупая приспешница, скорее больше мешая, чем помогая остальным. За ней шествовал Лютый, неся на руках Бедового. Следом шагали Зубило с Буревестником, таща массивный старый сундук, а замыкал процессию Шершень, с рюкзаком Матвея.
Впрочем, все внимание Святослава оказалось приковано к позе Бедового и тому, что он держал.
Рубежник напоминал спящую царевну, которую еще не успели положить в хрустальный гроб.
Лицо его было безмятежно, но в то же время безжизненно. Тонкая пергаментная кожа с одной стороны стесана словно наждаком, с другой побелела до невозможности, бескровные белые губы чуть подернулись в последней улыбке, а глаза Матвея оказались закрыты. Дождь моросил по неживому лицу, словно перед ратниками лежала статуя из мрамора.
И еще, Великий Князь не почувствовал хиста. Даже самый обычный чужанин источал промысел. Пусть очень слабо, почти незаметно для большинства рубежников.
Однако любой кощей мог распознать подобное. Вот и Святослав почувствовал. Точнее, не ощутил. Матвей был выпит почти досуха.
Но больше всего Великого Князя заинтересовала поза Бедового. Будто кто-то положил его именно так, со сцепленными в замок на груди руками. Под которыми лежал он. Осколок. Истинное сокровище и последний элемент в цепи того, что требовалось Святославу для победы.
Как повелитель всего Новгородского Княжества оказался возле Бедового, он и сам не помнил.
Сознание, доведенное до предела страхом от возможной неудачи и долгим ожиданием, играло со Святославом дурные шутки. Сейчас вся реальность сузилась до этого небольшого Осколка, казавшегося для правителя истинным светочем.
Он схватился за него и, царапая, стал вырывать из безжизненных рук рубежника. Что, на удивление, далось не просто. Казалось, последней целью существования мальчишки было насолить Великому Князю и здесь.
