— Этого вполне достаточно за ваш «труд»! — презрительно рявкнул он и подхватил девушку на руки.
Его обоняние не подвело его и в этот раз, он шел через цветущий луг, безжалостно топтал траву и цветы, оставляя за собой след из изломанных стеблей. Остановился только достигнув горного ручья, с шумом срывающегося с камней, поросших мхом. Нашел площадку поровнее и опустил на нее девушку. Только тогда сорвал с ее головы грязный мешок.
— Демоны, — выругался он, увидев, что девушка смотрит на него широко открытыми глазами.
Он-то думал, что она в обмороке!
Дымилось ее платье, а по рукам и ногам, не прикрытых тканью, змеились ожоги от магически заговоренной сети. След от огненной ячейки уже покрылся волдырями и на нежном лице, ставшем сейчас белее снега.
У нее не хватило сил ни пошевелиться, ни заорать, когда он резким движением разодрал на два полотнища рубище, служившее ей платьем.
— Демоны, — ругался он, глядя на многочисленные ожоги, покрывавшие ее тело. В одну из ран даже забился кусок ткани.
Когда он осторожно вынимал его, она тихо застонала. Из глаз, вмиг ставшими тусклыми, побежали слезы.
— Потерпи, девочка, потерпи, — бормотал он, накладывая свои руки на ее раны. В состоянии трансформации, даже частичной, он мог быстро восстанавливать свое здоровье. А мог и помочь другим. Его руки источали свет и силу, залечивающую раны. Урлас бы своей магией сделал все лучше и быстрее, но не было времени. Уж очень он боялся, что на ее теле останутся рубцы. Хотя, казалось бы, чего ведьму жалеть-то? Но почему-то было жалко.
Почему-то щемило в груди. Он спешил, чтобы облегчить ее боль. Один рубец затягивался за другим. И хотя тело все еще сотрясала крупная дрожь, слезы из глаз ее бежать перестали. Боль, по-видимому, отступала. К глазам вернулся тот яркий изумрудный цвет, который поразил его еще в первую их встречу. Не сейчас, не вчера. А много-много лет тому назад…
Он уже жил в семье своего отца, был официально признан сыном и наследником Золотого дракона. В его же личном замке уже обитал его сводный брат Урлас.
В очередной раз навестив свою мать и отчима, они отправились на охоту. Тогда-то он и встретил юную задорную девочку, которая прыгала вокруг сгорбленной старухи, словно шустрый олененок. Ей было от силы лет десять. Она бросала в корзину, которую тащила старуха цветы, ветки, грибы. Заметив у дороги яблоню, на которой уже почти дозрели плоды, она попыталась сорвать одно. Все прыгала и прыгала, а достать так и не смогла.
