Как и девичье тело, доверчиво прижавшееся к нему. На нежной, бледной после болезни коже просвечивали едва заметные голубые жилки.
Он пожалел о том, что отказался забрать ее из пещеры уже в следующее мгновение после того, как озвучил брату свое решение. Поднявшись к облакам и возвращаясь из похода, он то и дело высматривал две покрученные сосны, о которых сказал ему Кейден. Интересно, а он-то откуда узнал о них? В то самое мгновение, как он увидел скалу и росшие на самом ее краю деревья, едва сдержался, чтобы не ринуться вниз.
Он примерно представлял себе, в каком состоянии должна находиться девчонка. Несмотря на юный драконий возраст, по человеческим меркам он прожил долгую жизнь. И не раз видел, к чему приводит нарушение магического договора. Умереть она, конечно, не умрет. Он предполагал, что рано или поздно ведьма попытается сбежать. И условие ""не умирать"" оговорил отдельно. Так что жить она, все же будет, но ей теперь приходится не сладко.
Оставляя позади себя заветную пещеру, неожиданно для самого себя понял, что не оставит ее там.
Одну. Вернется за ней. Но позже, когда не будут понимающе скалиться его братья. Когда не будет рядом Бастиана, который непременно почует ведьму. Вот и сейчас он несколько отстал и пару раз оглянулся. Чует, стервец, ведьму. Он поравнялся с братом, не желая дать ему возможность отстать.
Позже, он места не мог найти себе во дворце. Глядя из своих окон, как в саду его части дворца строится усердными гномами веселенький домик, садятся цветущие кусты, он представлял себе, как каждое утро будет спускаться к ведьме в сад.
Или призывать ее к себе. Чресла налились и беспокоили его неимоверно.
Едва небо начало сереть, он призвал в свои покои лекаря и велел тому быть наготове. Взмыв в небо с ажурного балкона, он отправился к двум соснам. Но ни в пещере, ни в ее окрестностях, он ведьму так и не нашел.
Прилетел на следующий день. Обшарил все вокруг при дневном свете, чутко принюхиваясь и всматриваясь в каждую кочку, возвышавшуюся над землей. То, что она, все же, была в пещере, понял быстро.
Но вот куда она делась, понять не мог.
Несколько дней он изводил себя, слуг, яростно вскидывался на каждое слово братьев. Урлас, его верный наперсник по любовным и прочим делам, даже привел к нему нескольких девиц. И рыжую, в том числе. Но все было не то и не так. Жестко оттрахав их, безжалостно выставил прочь. Даже спустив таким образом пар, облегчения не получил.
И вот несколько дней спустя, утром, его братец Кейден позвал его к себе.
