Беглянка (СИ)

А что? Повод есть! Во-первых, я до одури боюсь его, во-вторых, лишиться денег, да еще и при таких обстоятельствах – это тоже не каждый переживет. Сейчас сделаю глаза, как плошки, отвешу челюсть и начну тихонько бормотать «Кеша хороший!» или еще какую-нибудь галиматью. В лучшем случае – отстегнет и бросит здесь. В худшем сбежит просто, оставив меня умирать от голода и жажды, но насиловать сумасшедшую точно не станет.

Я уже приготовилась пускать слюни по подбородку, как снова едва не лишилась чувств.

- Ах ты ж…, - я явственно услышала разъяренный голос Арсения, перечислявшего отборные матерные обращения.

Ну все, допланировалась. Точно спятила. Я обессиленно откинула голову назад и пребольно стукнулась затылком о батарею. И тут же раздался звук удара. Две слуховых галлюцинации за раз?

Я осторожно открыла глаза и не поверила им. Арсений, очевидно, свалил мерзавца Даньшина со стула, и тот тяжелым кулем рухнул на пол. Однако быстро подхватился, так как был еще тем бугаем.

- Какой сюрприз, - скривил он свою надменную физиономию и ринулся на Барсова.

Я замерла от страха. Ведь он не перегружен был работой и свою тушу регулярно качал в спортзале. Но Арсению придавала силы бешеная ярость. Он ловко уворачивался от ударов противника и наносил свои. Однако заметно было, что в скорости и мощи он уступал. И тогда предпринял крайнюю меру – умудрился сделать подсечку, но Даньшин, падая, увлек его за собой. Началось самое страшное:они катались, как схлестнувшиеся в смертельной схватке жтвотные, стремясь приложить соперника головой о пол.

Я ревела от страха и бессилия, но когда мой любимый мужчина был подмят накачанной тушей бывшего друга и тот начал душить, в меня словно вселился дух Рэмбо. Пользуясь тем, что они перекатились близко ко мне, я дотянулась до валяющегося стула и свободной рукой, помогая себя ногами, взгромоздила его на подоконник. И уже оттуда, надеясь на помощь силы падения, сдернула на голову Даньшина.

На некоторое время он обмяк, и этого хватило, чтоб Аресний, хрипя и откашливаясь, сбросил амбала с себя и связал его руки сзади своим ремнем.

Убедившись, что тот не сумеет выкрутиться, кинулся ко мне.

Из рассеченной брови текла кровь, но он, не замечая этого, сгреб меня в охапку и, как одержимый, принялся целовать мое зареванное лицо.

- Моя Варежка! Моя непослушная девочка! Мой храбрый воробышек! Как же ты меня напугала!

- А-а-а-арсений, - всхлипывая и заикаясь, я еле выговорила его имя, пытаясь озвучить проблему. – Надо в полицию.