– Это ты что же, нам не веришь?
– Не верил – не давал бы деньги. Был я уже в тех местах, куда вы собираетесь, – в той же Венеции, язык знаю, порядки местные.
– Иди ты, – удивился Ксандр, – а чего раньше молчал?
– А ты спрашивал?
– Тогда ты вместо толмача будешь.
– Только на первых порах, дальше уж сами. А я лекарем там поработаю.
Я залез в мешок, отсчитал сто монет и отдал купцу.
– Держи деньги.
Ксандр уже раскланиваться стал, как я спросил:
– Когда отплывать думаете?
– Как товар закупим, сообщу.
– Каким путем пойдете? Через Киев по Днепру опасно – ляхи или казаки ограбят.
– Думаем – через переволок с Волги на Дон.
– Правильно мыслите, я такого же мнения.
Пока купцы закупали товар, я «подчищал хвосты» на работе. Новых пациентов на операции не брал – долечивал уже прооперированных.
Поскольку путешествие мое предполагалось длительным, встал вопрос: куда девать коня? Продавать Орлика было жалко, свыкся я с ним. Но и оставлять в стойле у хозяйки – тоже не выход. Она его может накормить и напоить, убрать навоз, но на нем периодически надо ездить, чтобы не застоялся.
Надо кому-то отдать на время. Но кому? Я перебрал в памяти знакомых. Варя? Она – женщина, верхом ездить – не для нее. Вот кому – Андрею, боярскому сыну!
Не раздумывая более, я оседлал коня и направился в Суходол, к Татищеву.
Моего появления в усадьбе никто не ожидал, но все были рады, хоть и говорят на Руси, что незваный гость хуже татарина. Поговорив с боярином и Андреем о последних новостях и о делах хозяйских, мы выпили немного, и тут я их огорошил известием о скором отъезде.
– Коня своего вам оставить хочу, пусть Андрей на нем ездит. Не навсегда – деньги на прокорм за полгода вперед отдаю. Хороший конь, выручал меня не раз – возьмете?
– Почему же не выручить хорошего человека? – чуть ли не в один голос ответили оба.
– Только вот что. Я бы хотел еще съездить к Матвеевым. Нехорошо уехать, не попрощавшись, не по-людски это. А уж к вечеру у вас буду. Андрей, тебе не в тягость до города меня сопроводить?
Мы договорились, и я отсчитал деньги.
Все-таки на полгода уезжаю, конь за это время овса и сена много съест, а должником я быть не хотел.
Вот и боярская усадьба Матвеевых. Вышедший слуга открыл ворота, я спешился и завел коня во двор.
Встречать меня вышли оба – старый боярин и дочь. Я поклонился, выпил с дороги кваса. Меня проводили в горницу и усадили на лавку.
– Чего-то давно не навещал нас, Юрий! – мягко укорил меня боярин.
– Дела не давали.
