Бей первой, леди!

 — При этом Юлька улыбнулась, и Макс точно увидел ее перед собой. И сам почувствовал, как тревога и неизвестность чуть отпустили, тоже улыбнулся и сказал строгим голосом:

— Отлично. Сиди в комнате, никуда не выходи, жди звонка. Часа через три или даже позже я скажу, что тебе делать. Сегодня все закончится.

Не врал при этом, не сочинял сказки, не рисовался перед девушкой, он просто знал, что так и будет. Сегодня, потому что завтра уже поздно, что Рогожский и вдова на грани, что они тоже ситуацию видят и ходы считают, им обоим понятно, куда подевался ключ.

Правда, оба пока считают, что Юлька стащила его из вредности, и не догадываются, что он давно в чужих руках.

Макс достал ключ из кармана джинсов, покрутил в пальцах, подкинул на ладони. Довольно тяжелый и весь какой-то колючий, что ли, сразу видно, что не штамповка, а ручная работа. И сейчас это для них с Юлькой золотой ключик, что откроет им дверь к свободе: ей — за границу, а ему — в квартиру с соседкой-алкоголичкой.

Макс глянул на часы, потом включил на телефоне будильник: он должен сработать через три часа. Ночь — лучшее время, чтобы провернуть что затеял, а перед этим можно и поспать, ибо выдохся за сегодняшний день он изрядно. Макс положил мобильник и ключ на тумбочку у кровати и моментально заснул под далекий глухой гром — к поселку снова шла ночная гроза.

И к полуночи она только разыгралась, только вошла во вкус, гремело так, что закладывало уши. Макс и проснулся-то от вспышки молнии за пару минут до звонка будильника, сел на кровати и глянул в окно.

Темно, тихо, только всполохи сверкают да гром грохочет, дождя, вроде, пока нет. И время самое подходящее, час ночи, пора на выход. Он проверил карманы и содержимое небольшого рюкзака, что собрал, как только вернулся, и вышел на крыльцо.

Особо осторожничать не пришлось: погода, что называется, благоприятствовала. В мешанине теней, что падали на дорожки и крыльцо у дома, Макса разглядеть было мудрено.

Он и бежал, стараясь не попасть в пятно света, пусть даже небольшое, жался к стенам и стволам сосен и скоро оказался напротив входа в дом. Отсюда отлично просматривался пустой холл и уходившая вверх беломраморная лестница, виднелась дверь в дальней стене, которую почти закрывали раскидистые кусты и деревца в кадках, расставленных вдоль стен. Макс ждал, смотрел то на часы, то на Юлькино окно — оно было темным, но Макс знал, что девушка не спит.