Бей первой, леди!

Конец лета, ночи становятся холодными, а еще туман, будь он неладен. И прудик-то размером с блюдце, а вот поди ж ты, мороку напустил, точно от большой реки.

— Мне показалось, что с той стороны манежа, за забором, был человек, — неуверенно сказала Юлька и, опередив следующий вопрос, добавила: — Из рабочих, невысокий такой, волосы черные. Он, кажется, Кристалла седлал, я этого человека в первый раз видела.

Макс тоже видел его впервые, но запомнил прекрасно. Для многих азиаты-гастарбайтеры были на одно лицо, но не для Макса.

Того, с седлом, он узнал бы легко и непринужденно, и пока взял себе эти слова на заметку, решив подумать, как их можно использовать. Но Юльке ничего не сказал, оба молчали и отмахивались от комаров, где-то далеко лаяла собака и слышался шум поезда.

Туман окончательно завладел дорожкой, стлался им под ноги, Юлька поджала колени и уперлась пятками в скамейку. Дернула плечами и помотала головой, отгоняя назойливо гудящих комаров, Макс поднялся и подал Юльке руку.

Та глянула на него и протянула свою, Макс сжал ее ладонь и поднял со скамейки.

— Испугалась? — спросил он тихо, глядя Юльке в глаза.

Та кивнула и прошептала:

— Очень. Особенно за тебя. Я думала, что ты умрешь, тебе было так плохо…

Отвернулась, сжалась, как от порыва ветра, того гляди заплачет, что совсем никуда не годится. Еще не хватало, чтобы из-за него такие красотки слезы проливали, хотя приятно, конечно, чего уж там…

— Не дождетесь, — наигранно-мрачно сказал Макс, — у меня, как у кошки, девять жизней.

Юлька улыбнулась, потом захихикала, а через мгновение рассмеялась в голос, пугая комаров. Те враз куда-то подевались, Макс повел Юльку к дому. Та освободила ладонь и взяла Макса под руку.

Они шли по дорожке к дому, Макс городил вовсе уж несусветную чушь, и при этом ему казалось, что они с девушкой стоят на краю обрыва, и оба делают вид, что не замечают этого, а земля уже сыплется из-под ног, и чтобы не слышать жуткого стука комьев, его надо чем-то заглушить.

Юлька веселилась от души, Макс не отставал, они вышли на лужайку с клумбами перед крыльцом, и в темноте Макс заметил два силуэта. Они стояли в тени, стояли так, что любой, кто шел быстро, вряд ли бы заметил их, да и Макс сам случайно наткнулся на них взглядом. Пригляделся — точно, не обознался, Рогожский и Левицкая, хозяйка и заместитель, притаились между кустами и стеной, точно прячутся в своем доме.