Ливень уже вовсю молотил по темной поверхности воды; если от первых крупных капель там расплывались большие круги, точно от играющей рыбешки, то постепенно кругов становилось все больше, и вскоре они все слились, а шелковистая поверхность реки напоминала испещренную выбоинами проезжую дорогу. Затем разразилась гроза, да такая сильная, что уже ничто было не различить в завихрении водных струй — казалось, над Англией разверзлись небеса. Смеясь, мы стали закрывать окна. Буря все не утихала, по нашим рукам и лицам текла вода.
Мы вымокли до нитки, но сумели плотно, на задвижку, запереть все окна в моей комнате. После мы бросились закрывать и все остальные, а дождь все лил и лил как из ведра, словно мои бесчисленные горести и тревоги изливаются этими небесными слезами.
— Такой ливень грозит наводнением, — заметила я.
Моя дочь промолчала, но согласно кивнула.
Дождь шел всю ночь. Елизавета легла спать вместе со мной, как часто делала в детстве, и мы с ней лежали в теплой сухой постели, слушая стук капель и непрерывный плеск речных волн о стены нашего убежища.
Переполнились желоба на крышах, вода в водосточных трубах пела, точно в фонтанах, и мы с дочерью уснули, подобно двум водяным богиням, под стук ливня и хлюпанье непрерывно поднимавшейся речной воды.
А утром, когда мы проснулись, нам сначала показалось, что еще ночь, так было темно. Дождь шел по-прежнему, вода в реке все поднималась. Елизавета то и дело бегала к речным воротам аббатства и вскоре сообщила мне, что все нижние ступени лестницы уже залиты.
Из-за непогоды движение на реке почти полностью прекратилось, а те немногочисленные смельчаки, кто все же спустил свои лодчонки с товаром на воду, гребли явно с огромным трудом, скрючившись в три погибели под напором ветра и тщетно пытаясь защититься от стихии надетыми на голову и насквозь промокшими мешками. Мои девочки все утро проторчали у окон, глядя на необычайно высокую воду и этих несчастных гребцов. Река явно выходила из берегов; мелкие суденышки были поспешно убраны в лодочные сараи, крепко привязаны к причалам или вытащены как можно дальше на берег, поскольку река с каждой минутой все больше разливалась, да и течение стало слишком сильным.
По случаю непогоды мы даже растопили камин — в убежище и впрямь было темно и сыро, как в ноябре, — и стали играть в карты; я все время позволяла девочкам у меня выигрывать. Мне было хорошо — я всегда очень любила звук дождя.
