И на следующую ночь мы с Елизаветой тоже лежали, обнявшись, в моей постели, и слушали, как поет вода, сливаясь потоками с крыш аббатства и падая на мощеный двор. А к утру и в доме раздалось теньканье капель — это вода сочилась сквозь черепичную крышу. Я поднялась, разожгла огонь в камине и подставила горшки там, где протекало. Елизавета тоже встала, открыла ставни и, выглянув в окно, сказала, что дождь льет по-прежнему и, судя по всему, будет идти весь день.
Девочки затеяли игру в Ноев ковчег. Елизавета прочитала им соответствующую историю из Библии, и они устроили торжественное шествие с игрушками и подушками, которые изображали «каждой твари по паре».
Ковчегом служил мой письменный стол, который перевернули вверх ногами и с боков закрыли простынями. Я даже разрешила девочкам пообедать в «ковчеге», а перед сном заверила их, что бояться нечего, что Всемирный потоп, случившийся во времена Ноя, был очень давно и, уж конечно, Господь не допустит второго потопа даже с целью наказать всяких плохих людей. Этот дождь, рассуждала я, послан заставить тех, кто хочет совершить нечто дурное, сидеть дома, лишившись возможности причинить кому-либо зло.
Благодаря тому что Темза так сильно разлилась, ни один злодей теперь в Лондон попасть не сможет, а значит, все люди здесь будут в полной безопасности.
Елизавета слушала меня с легкой улыбкой, но, когда девочки улеглись спать, все же взяла свечу, сходила по темному коридору к речным воротам и выяснила, насколько еще поднялась вода."
"Оказалось, что поднялась она значительно сильнее, чем можно было ожидать.
Елизавета удивлялась, потому что такого наводнения еще никогда не видела; ей показалось даже, что вода вскоре затопит и весь коридор до самой лестницы, ведущей в наше убежище, если прибудет еще хотя бы на пару футов. А если в ближайшее время дождь не прекратится, то вода может добраться и выше. Нам, правда, пока ничего не грозило — от коридора нас отделяло еще два пролета каменной лестницы, — но беднякам, что живут на речных берегах, явно пришлось собирать свой жалкий скарб и бежать из дома под натиском разбушевавшейся стихии.
На следующее утро наша служанка Джемма явилась в задранном платье и с грязными по колено ногами. Она сообщила, что в низких местах улицы совершенно затоплены и повсюду распространяются страшные истории о том, как водой унесло несколько домов, а выше по реке разрушены все мосты и целые деревни отрезаны от остального мира. Таких дождей в сентябре еще никогда не бывало; казалось, им нет конца.
