Белая ворона или ловушка для попаданки

Мальчик, точная копия девочки тоже был напуган, но не пролил не слезинки, лишь хмурил свои темные бровки, наблюдая за сестрой, которая уткнулась мне в шею.

Это сон! Всего лишь странный сон!

— Я хочу к маме, — сквозь слезы всхлипнула малышка.

— Малушка, а где мама? — она оторвалась от моей шеи и посмотрела темными, как ягодки смородины, глазками. В ожидании моего ответа, размазывала маленькими кулачками слезы по чумазому личику.

Господи! Кто такая Малушка? А кто у нас мама? И правда, где носит мать этих малышей? Столько вопросов, но не задавать же мне их детям! А взрослые даже не смотрят в нашу сторону.

— Мама не придет! — хмуро заявил наш маленький кавалер.

— Плидет! Ты влешь! — вскрикнула малышка и с надеждой заглянула мне в лицо, — Малушка, скажи ему! Скажи, что мама плидет!

— Она не может, знаешь ведь, — уверенно произнес мальчик и всхлипнув носом, прижался еще ближе.

А я пыталась понять, кто не может? Мать прийти? Или я — ответить? О ком говорят эти дети?

И как только открыла рот, чтобы спросить, к нам подбежал внушительный бородач.

Только удивила меня не его борода и даже не рогатина в руках. Мои глаза расширились, стоило мне увидеть во что одет мужчина. Широкая рубаха была подпоясана тоненьким пояском, серые широкие штаны, заправленные в сапоги. Ни дать не взять крестьянин семнадцатого века, с одним лишь отличием, на нем не было лаптей.

— Марушка, бери детей и беги к Саяне! Нечего здесь глазеть! — мужик уже собирался бежать обратно, когда понял, что мы стоим, как стояли.

— Девка! Ты что, вместе с языком последние мозги растеряла? Кому говорю, бегом к Саяне!

И тут я почувствовала, как малыш тянет меня за юбку куда-то в сторону. Только последняя реплика мужика не давала покоя.

Стоп! Это он ко мне что ли обращался? Это когда я стала… Марушкой? И что там про язык? Я провела языком по губам.

Что он имел в виду? Язык на месте. Попыталась произнести хоть слово, не получилось.

Я что, не могу говорить?!

Пока я пыталась выдавить из себя хотя бы букву, мальчик уверенно вел нас вдоль крепких изб, из которых, то и дело, выбегали люди. И самое интересное, что одежды их были в том же самом крестьянском «стиле».

Божечки! Что происходит? Я шла следом за мальчиком, крутя головой, пытаясь понять, что это за странное место и как я тут очутилась. Опустив глаза, заметила ту самую длинную юбку, за которую меня тянул малыш.