Белла

Потом появляется цирюльник Фигаро, который все запутывает, но каким-то образом в итоге помогает влюбленным обрести супружеское счастье. Главная и побочные сюжетные линии, маскировка и обман, укрывательство и неожиданные повороты, а еще взвод солдат, бродячие певцы, красивое пение и хорошая актерская игра, призванные вызывать смех, пока спектакль не завершился недовольством доктора Бартоло и счастьем влюбленных.

В первой картине первого акта Белла использовала голос не в полную силу, в основном стояла на балконе, пела речитатив, вела себя то скромно, то кокетливо, то огорченно.

Только перед вторым актом, когда опера уже шла сорок минут, начиналось ее первое испытание. Там она исполняла каватину Розины «Una voce poco fa» («Только что я услышала голос»), вскоре следовали строки «Io sono docile» («Я послушна...»), хотя к тому времени стало вполне очевидно, что она явно не послушная.

— Тебе предшествовали сильные мужские голоса: тенор, баритон, бас, теперь твоя очередь, — сказал ей Морис. — По сравнению с ними твой голос может показаться слишком мягким.

Вот тут ты ошибаешься! Слушатели уже в первой сцене оценят твой уровень. Начинай тихо и нежно. Не раскрывай сразу всю мощь голоса. Помни о роли: ее следует играть задумчиво, романтично; вот потом становись озлобленной, разумеется, в положительном смысле, а под конец понадобится смелость! Это будет великолепно!

Поначалу зрители вели себя спокойно, хотя ощущалось затаенное волнение, а когда появился Фигаро, пришли в полное восхищение. Морис предупредил Беллу, что Гарсия будет выглядеть бодрее, так и случилось.

— Одни хорошо показывают себя на репетициях, а другие нет. Хайдер обычно не очень, но вот увидишь, вечером все будет по-другому.

Дуэт графа и Фигаро тоже прозвучал удачно, и когда опустился занавес, началась суета со сменой декораций. Первая картина проходила на улице у дома доктора Бартоло. Теперь фасад разделили надвое и откатили вправо и влево, чтобы освободить пространство для мило обставленного салона с исключительно важным фортепиано на самом видном месте, которое выдвинули вперед, чтобы заполнить пустоту.

За декорациями следил помощник режиссера Эдмон Ларго, но Морис все равно урвал пару минут, чтобы поздравить каждого с успехом. Он быстро поцеловал Беллу и спустился в партер. Зрителей стало беспокоить долгое ожидание. Когда к оркестру присоединился дирижер и начал подниматься занавес, три солдата, выполнявшие обязанности работников сцены, не успели вовремя исчезнуть из поля зрения.